— Все попытки проявить эту личность ни к чему не привели, — печально констатировал председатель. — По нашим данным, как только выяснились его способности как ясновидящего пастыря, он тут же исчез в виртуальности. Личная же биография до этого момента — вся уничтожена, включая счета об оплате за телефон. Доподлинно известно лишь одно: он из Европы.
— Довольно широкое толкование места объективации, — вставил Магистр.
— Ну, а в общем, — оптимистичнее продолжил архиепископ, — мы ждем его скорой кончины, учитывая множество заболеваний. И недобрым словом, надеюсь, никто его не помянет. Аминь.
— У меня вопросов нет, — удовлетворился Магистр.
— Есть у меня, — поднял руку бородатый негр. — Верховный жрец Гаити Джембо Катамба, — представился он. — Вудуизм не делит мир на виртуальное и реальное. Наши взгляды, разделяемые Девой Марией, никогда не менялись в угоду конъюнктуре, формируемой кем-либо зачем-либо. Исходя из принципов прозрачности догматов нашего мировоззрения, я хочу предложить в целях информационной безопасности пройти всем нам тест на принадлежность к этой, как Вы говорите, «Секретной конфессии». Для настоящего вуду секретов в этом мире нет. Это мой секретарь, — встал громадного роста, черный до синевы одноглазый негр с золотым крестом в ухе. — И он есть стопроцентный вуду. Я хочу представить Вам его лично и его способности…
— А в чем заключается тест? — спросил, представившись, рыжебородый «начальник тайной канцелярии Ватикана».
— Это несколько специфично, но эффект — 100 процентов. На голову человека надевается мешок…
— Все понятно… — в зале прошел легкий шумок. — С мешком на голове я лично сумею заставить человека признаться в чем угодно — даже в том, что он Папа Римский, — резюмировал рыжебородый и сел на свое место.
— Отклоняется, — подтвердил председатель. — Контактные методы неприемлемы.
— Мое дело предложить… — пожал плечами негр и умолк.
— Я прошу утвердить повестку дня, — сделал заявление лидер мусульман-шиитов. Сунниты его поддержали возгласами. — И, по возможности, очертите картину ситуации и выявите конкретные цели. Иначе непонятно, зачем мы здесь собрались? У нас есть очень большой опыт по части усмирения предателей ислама. Мы готовы применить его в отношении этой «Секретной конфессии». Дайте нам нить, за нее мы вытащим клубок, а за ним — того, кто его держит. Он-то нам все и расскажет…
— Согласен, ставлю на голосование повестку дня. Она перед вами. И начнем по порядку, — молвил архиепископ Александрийский, нажимая на кнопку.
Результаты работы Священного Равновесного Собора не заставили себя долго ждать. Через полтора часа после удара архиепископом Александрийским в серебряный гонг волна, сгенерированная этим сакральным предметом и многократно усиленная кратером вулкана, — тот находился в точке резонанса земной коры, — достигла западного побережья Японии. Обрушась на узкий участок берега, она снесла там все прибрежные постройки и выбросила далеко на сушу мелкие суденышки и лодки рыбаков. Мощь объединенных конфессий проявилась внезапно и непредсказуемо. Ударив раз, волна цунами отхлынула и больше не появилась. Солнце продолжало светить, будто ничего не произошло. Совсем так же, как и в 1991-м.
Индус, зажав в зубах сигару, набрал номер телефона и назвал пароль. Оператор подключил линию.
— Доброе утро. Генерал Джексон, сэр.
— Доброе-доброе… Новости всегда будят в доброе утро, ведь так?
— Да, сэр. В проницательности вам не откажешь.
— И что же случилось?
— Славянский Бизон неделю назад эмитировал акции на сумму полмиллиарда долларов. И разместил на Нью-Йоркской фондовой.
— Да-да. Это уже не новость.
— Созданное акционерное общество так и назвал — «Славянский Бизон».
— Честный парень.
— Но все записано на его дочь — известную как Мерилин М. Владелица фирмы она.
— А это что за финт?
Индус втянул дым и на выдохе проговорил:
— Это не финт, это уже как бы сверхфинт. Корпорация «Славянский Триумвират» не допускает самостоятельной финансовой деятельности кем-либо из управляющих параллельно самому триумвирату. Но! Допускает любые денежные вливания в качестве подарка или проплаты за консультацию лично каждому из трех акционеров.
— Ну?
— Вся фирма и все акции принадлежат Мерилин.
— Я это уже уловил.
— Но в любую секунду дочка может все переписать на отца.
— Естественно, деньги-то вложены его. Но странно, зачем ей это делать?
— Ха! Вот это и есть сверхфинт.
— Джексон, конкретнее.
