— Ну, конечно. Изобретение, вернее, фундаментальное открытие, и в результате — переворот в науке, коммерции и даже образе жизни, — это не преувеличение, — твоих рук дело. Я имею в виду авторучку, которой ты писала. Ты изобрела мыслящую машину, работающую по революционному принципу «аналоговой метки». Двоичный код упразднен и забыт, как азбука Морзе. Эта машинка рассуждает прямой символикой и ассоциациями, как человек. Если не обойти Эйнштейна, Бора, Планка, Гейзенберга и других ребят, в свое время хорошо поработавших головой, то дальше пути нет. И поверь, это поняли многие. Теперь ты — мессия цивилизованного мира, и отныне жизнь твоя сильно изменится. Мессия недоступен никому, кроме апостолов. После выполнения своей миссии. А ты, поверь, выполнила ее.
— Да брось ты чепуху говорить. Ты имеешь в виду тетрадку, которую я тебе отдала в том году?
— Да.
— И какой-то клочок бумаги в состоянии так менять мир?
— Да.
— Но там же были только формулы и цифры! И они могут иметь такую силу?
— Да.
— Не верю.
— Посмотришь.
Мерилин кивнула на прямую трансляцию из банкетного зала Феликса:
— И это сделала бумажка?
— В общем, да. Но другого содержания.
Фридман бросил торт и возил по полу кувшин на колесиках, с устрицами, издавая звук: «Р-р-р-р-р!» Леонардо боролся на диване с Васей-охранником. Валентин сидел на полу и пытался соединить две половинки трубки. Потом кинул их в сторону, огляделся, вытащил табакерку, набрал пригоршню табака и высыпал на голову охранника. Тут они сцепились уже втроем.
— Феликс, — позвал Бизон. Тот перестал грызть ногти и повернулся к компьютеру:
— Да, Коля.
— Я подлетаю к твоему дому. Где удобнее сделать посадку?
— Да садись где угодно. Собак не подави.
— Феликс, дорогой. Я слышал, что вы хотите меня и мою подругу убить и кинуть в яму с известью. У тебя в подвале. Филя, это правда?
— А как ты догадался? Да мы понарошку! Это не я, это не я придумал! Это он! — Феликс стал показывать на разведчика. — Он у мамы спрашивал про известь. Мама ему сказала — это очень полезное вещество. Известь. А что тут такого? Кинем тебя в известь, поиграем!
— Феликс, какой сейчас курс акций «Славянского Бизона»?
— Чего-чего? Курс-мурс. А про бизонов мне мама читала. Лохматые такие. С горбом. Коля, прилетай быстрей. Поиграем!
— Все, — сказал командующий, отключив трансляцию. — Занавес. Голова триумвирата впала в детство, а тело требует реконструкции.
— Что же это ты им подсыпал? — спросил Музыкант. — Какой-то наркотик? Они же просто идиоты. Белены объелись!
— Это не беладонна, мой друг. Это — избирательное воздействие на определенные участки головного мозга. Редкие компоненты, высокая технология. Все с берегов Амазонки. Люблю там ромашки собирать. В общем-то, это в какой-то мере микроинсульт, вызванный определенным составом, не выводимым из тканей мозга уже никогда. Микроинсульт длится пару секунд, а последствия останутся навсегда. С головой у них, в принципе, все в порядке. С памятью, правда, проблемы. Им сейчас около шести лет, но они уже не повзрослеют. Инфантильное оружие. Демонстрируется впервые. А в бутылках — простое вино. Уже. Никакой анализ ничего не покажет. Эта группа веществ очень летуча и не связывается жидкостью. «Цветок миндальной сакуры» уже можно спокойно пить. Там ничего нет. Не желаешь попробовать?
— Да нет, спасибо…
— Ну, как хочешь. Эликсир молодости все равно уже выдохся.
— Да, это печальная картина. Не включай монитор. Лучше скажи, какие у нас планы по поводу национального Дня плодородия? — сказала Мерилин. — Я что, даром наборы покупала? Хватит о печальном, — она крутанулась в бриллиантовой вспышке черного бархата.
— Не здесь, не сейчас, — ответил Бизон. — Отъезжаем в гостиницу. И надо, наверное, позвонить врачам или еще кому-то. А то они там пожар или что еще могут наделать. Дети! А под руками — серьезные вещи. Впрочем, там есть персонал. Они вызовут помощь, когда ребятишки начнут плакать и звать маму. А нам пора покидать эту гостеприимную страну и ее иероглифические понятия добра и зла. Труба зовет!
Телохранители быстро собрали всю аппаратуру и погрузили в машины.
— Поедете вперед, мы за вами следом. Тут, я вижу, все спокойно, — сказал Бизон начальнику охраны. — Приведете все в порядок.
Глухо проурчав моторами, черные джипы выехали за ворота и растворились в ночи. Бизон, Музыкант, Катаяма, Мерилин и Бетти остались. Главнокомандующий внимательно посмотрел на Бетти:
— Вы, мадемуазель, должны будете не помнить того, что, возможно, здесь видели и слышали. Считайте, в крайнем случае, что это был сон.
— Я сделаю все, что скажет Коля! — она близко придвинулась к Музыканту. — И не в моих интересах вспоминать события, произошедшие со мной в этой стране.
— Она очень хороший специалист в своей области, — сказал Ник-Колай. — Вполне можно дать ей возможность работать у нас, если она не против, — он пристально смотрел на Бизона. — Ты же уже мультимиллиардер. Люди, побывавшие с тобой в подобных ситуациях, должны больше не уходить.
— Да, ты прав, старый волк, ты прав.
