В салоне, в отдельной комнате на большом пуховом диване спал Фазер. Он подвергся воздействию зеркального газа и теперь, чтобы восстановиться, потребуется не меньше суток. По политическим причинам Верховный Магистр не дал ему антидот — красные таблетки. Ни к чему они ему — решил. Пускай все забудет. После воздействия психоделика такой силы, человек ничего не помнит из того, что происходило за пять часов до приема. Ну, и слава Богу. Может забудет и свои идеи насчет использования карт Таро и кубика Рубика в своей новой доктрине межконфессионных отношений. Фазер не плохой человек, но требует, порой, принудительных тормозов. А с конфессиями отношения отныне строиться будут и в самом деле по новому. Но только без карт и кубиков. Фонограмма всех выступлений на Священном Равновесном Соборе была теперь в распоряжении Верховного Магистра. Многие стали болтать очень откровенно, — это первые двадцать минут действия газа. Успели наговорить предостаточно. Вот только что будет теперь? Теперь впереди одна неизвестность. И что-то там случилось с сопровождением. Они хоть задание выполнили? Контейнер с «ультра — зет» — это самый главный ход конем. Отто Шеллинг не мог подвести. Но его нет. Нет и связи. В салоне был отдельный от пилотов «Дельты» канал связи с самолетами прикрытия. Защищенный канал. Но так никто и не появился в зашифрованном эфире. Четыре боевых самолета, с полным вооружением, исчезли в Японском море. Это плохо. Если Отто Шеллинг и не использовал контейнер с «ультра — зет», то все равно никто из присутствующих на Соборе ничего не помнит, но тогда еще сложнее. Следы психоделика обнаружат моментально, как и все выведенные из строя видеокамеры и отсутствие представителей Ватикана. И пойдет игра уже по крупному. Даже невозможно себе представить как. Впрочем, можно думать и по другому. У Верховного Магистра была стальная нервная система, а разум холоднее жидкого гелия. Он хладнокровно и без эмоций просчитывал возможные варианты во всех перекрестных комбинациях. А боевые действия, аналог крестовых походов, все равно в отношении его сообщества начались и достаточный ответный удар нанесен. Семантика силы во все времена выстраивала любые концепции, с которыми никто не спорил. Вот только если это все увяжут с Ватиканом, тогда полный аут. Для Фазера отречение, смерть на костре… Но это детали, хотя Фазера и будет жаль. Рыжебородый неплохой парень, но не совсем на своем месте… Впрочем, редко кто туда приближается и за сотни миль. К своему месту. Приходится работать чужими руками, думать чужой головой, есть чужие обеды, спать с чужой женой, выгуливать чужую собаку… Но все-таки главное он выяснил. Никто толком ничего не знает ни о структуре, ни об управлении «Секретной конфессии», как ее называют фиолетовые епископы и ожиревшие масоны. Слепой горбун, парализованный и с припадками эпилепсии. Кто-то талантливо поставляет разведданные. Молодец! В черном квадрате можно изобразить все, что угодно. Хорошие имиджмейкеры, постарались на славу. Ясновидящий! Да, да. Это на руку. Пусть боятся.
Самолет мчался сквозь облака в сторону Шанхая. Верховный Магистр сидел в своем кресле и размышлял о судьбах противников «Секретной конфессии». Рядом, за столом, расположилась Маргарита, уже спокойная и сосредоточенная. Пила из большой чашки крепкий чай и смотрела в окно. Артур работал на переносном компьютере. Поднял голову.
— Ваше Святейшество, на биржах начинается необъяснимое движение.
— К черту биржи. Где Шеллинг с прикрытием? Куда мы ткнемся без охраны?
— Индексы ползут вниз. Народ снимает наличный капитал.
— И ложит в карман?
— Да нет, есть тут кое-что полюбопытней.
— Очередная пирамида, наверняка. Давно их не было. Этих вавилонских башен. Мы лежим, а денежки ползут. Вот только куда? Артур, выбрось компьютер. Знания умножают проблемы. По крайней мере у тебя.
Вошел Махарашвили, бывший в кабине пилотов.
— Шеллинг с прикрытием пропал. Что-то произошло.
— Я это понимаю. Вот только что? — ответил Магистр. — Что мы будем делать без прикрытия? Представь себе, дружелюбная «Аль-Каида» узнает — Фазер летит в гордом одиночестве в крошечной, невооруженной «Дельте». Дальнейшее прогнозировать не хочу.
— Диспетчер вел нас до Сеула, на дозаправку. — проговорил Махарашвили, — но я изменил полет и сейчас мы летим в Шанхай. Там, в нейтральных водах, находится наше судно, в сопровождении торпедных катеров. Это запасная точка отхода и я предположил, что она может понадобиться. — Вопросительно посмотрел на Магистра.
