Вышеупомянутый жупан Стефан был большим другом рагузинцев и всегда жил с ними в мире. Рагузинцы отвечали ему взаимной любовью и почтением и не раз отправляли к нему посольства с подарками. Посему он отменно обращался с рагузинскими купцами и предоставлял им всевозможные льготы в торговле. После двадцати восьми лет правления он скончался и был похоронен в церкви Святого Петра в Рашке, оставив после себя единственного сына и наследника всех владений по имени Неманя II. Тот был мужем богобоязненным и пользовался всеобщим почтением за свою великую справедливость. Он носил прозвище Храпало (Crapalo). Видя, что во всех его владениях царит мир и никто его не беспокоит, он пожелал принять титул короля Рашки, или Сербии. Посоветовавшись об этом со своими магнатами (Baroni), он получил от них всеобщее и радостное одобрение своего намерения. Посему Неманя, созвав на всеобщий собор в Приштину патриарха со всеми прочими иерархами (prelati) и большую часть магнатов своего королевства, под всеобщее одобрение был венчан и провозглашен королем Рашки, а затем в день Воскресения Господня с соблюдением всех церемоний торжественно принял помазание от руки патриарха. При помазании он пожелал изменить имя Неманя на Стефан, поэтому все последующие короли Сербии из рода Неманичей носили имя Стефан. Вскоре после этого король Стефан начал подумывать о расширении своих владений. Собрав большую рать, он пошел на Болгарию, которая в ту пору была раздроблена, охвачена смутами и не имела царя, и по упомянутой причине захватил большую ее часть. Обратившись затем против Греции, он и у нее отнял немало земель. Не ограничившись этим, он пошел войной на венгров и покорил Срем (Sriemo), который в то время управлялся некой правительницей по имени Урица (Vriza), родственницей венгерского короля. Та, не имея сил, чтобы противостоять королю Стефану, бежала в Венгрию. Собрав там сильное войско, она пришла с ним сразиться, но была разбита и попала в плен. Не видя другого способа обрести свободу, она отправила посланца в сенат Рагузы с просьбой выступить в качестве посредника и любой ценой вызволить ее из плена. Рагузинцы через своих послов, которыми были Никола Проданович (Prodanelli) и Марин Сарака, добились того, что король Стефан, желая доставить удовольствие упомянутому сенату, освободил ее и заключил с ней мир. После двадцати двух лет правления он скончался, и ему наследовал его сын Стефан. Короновавшись сразу после смерти своего отца, он продолжал мирно и справедливо править греками и албанцами. Он женился на Елене, христианнейшей женщине, француженке по происхождению. Она вновь отстроила и возродила Бар, который после упадка Римской империи был разрушен галатами (Gallogreci). Она восстановила и некоторые другие близлежащие крепости. Как пишет Марин Барлеций, она возвела в Эпире и Иллирике множество монастырей и других религиозных сооружений, о чем можно узнать и сегодня из некоторых высеченных в мраморе надписей и других памятников. За все это муж очень ее любил. При нем греческий наместник в Драче Иоанн вторгся с большим войском в Зету с намерением захватить упомянутую область. Узнав об этом, король Стефан собрал свою рать и, придя в Зету, обнаружил Иоанна, стоявшего лагерем под Скадаром (Scodarino). Напав на него, он разбил его войско и захватил в плен [Иоанна] с множеством знатных греков. Константинопольский император, желая освободить из темницы упомянутого Иоанна, приходившегося ему родственником, и остальных греков, заключил с королем Стефаном договор о мире. Упомянутый договор, помимо прочего, предусматривал, что впредь ни наместник в Драче не будет от имени империи вторгаться в пределы Зеты, ни король Рашки — в пределы Драча и Албании. После этого король Стефан решил заняться увеличением своих доходов и сборов (gabelle). Он послал в Германию (Alemagna) за немцами, умеющих добывать из земли золото, серебро и другие металлы, и, устроив с их помощью множество рудников, значительно обогатил свою казну и стал несметно богат. Его предшественники в этом не преуспели, поскольку вели жизнь простую и не заботились о накоплении сокровищ и денег. Незадолго до смерти он воздвиг монастырь Милешево (Milesceuo) и после восемнадцати лет правления скончался. У него было четыре сына: Драгутин, Предислав (Pridislau), Милутин и Стефан. Предислав стал позднее архиепископом Сербии. Драгутин, наделенный от природы жаждой власти, видя, что отец уже стар, восстал против него и лишил трона. По этой причине Стефан после восемнадцати лет правления умер как частное лицо. Драгутин, придя к власти, стал править с большой рассудительностью, однако, страдая от угрызений совести за прегрешение, совершенное им против отца, решил в знак покаяния принять постриг в Дебреце (Debari) и оставил королевство своему брату Милутину. Когда стал править Милутин, его младший брат Стефан начал проявлять неповиновение. Чтобы убрать его с глаз долой и не вступать с ним в пререкания, он дал ему в управление большую область на границе с Венгрией близ Савы около Мачвы (Mazoua) и [града] святого Димитрия. Однако и это не помогло укротить его нрав. Став правителем упомянутой области, он так возгордился, что, отложившись от брата, стал именовать себя королем и враждовать с ним. С той поры упомянутая область стала именоваться «землей короля Стефана». Король Милутин не стал отвечать на его обиды, так как имел от природы нрав кроткий и добродушный. Предоставив [брату] жить по своему разумению, он целиком посвятил себя служению Богу и строительству церквей и монастырей, которых за свою жизнь построил сорок. И правосудие он вершил по всей справедливости, не поддаваясь ни мольбам, ни подкупу. Посему все почитали его за святого. За свой сердечный нрав он по праву был прозван Милутиным, что означает не что иное, как «милый, или приятный». Посему Господь распорядился так, что еще при жизни [Милутина] скончался его брат Стефан, который был похоронен в церкви Святого Димитрия в Среме. Король Милутин, называемый другими [авторами] также Урошем Святым, несмотря на то, что всегда был другом Рагузы, поддался злокозненному внушению некоторых своих приближенных из числа врагов рагузинцев и пошел на них войной. Вначале рагузинцы пытались умиротворить его своей покорностью и смирением, но, видя бесполезность этого, решили защищаться. Из трех сражений, которые у них с ним были, в первом, под предводительством Петра Тудишевича (Tudisi), и во втором, под предводительством Паско Раньина, рагузинцы потерпели поражение, но в третий раз, когда неприятельское войско хотело вторгнуться в Жупу (Breno), на его пути стал Иван Гундулич (Gondola) и вынудил вернуться восвояси. После этого при посредничестве императора Андроника, тестя упомянутого Уроша, был заключен мир. Этот король очень любил города латинян, приветливо и милостиво обращаясь с их купцами. Он правил тридцать пять или (как утверждают другие) сорок лет и покоится ныне в церкви Святой Марии в Софии, где тело его до сего времени сохранилось в целости с длинными и очень густыми волосами на груди. Первоначально он был похоронен в монастыре Святого Стефана в Звечане (Sueciano), который сам и воздвиг. После кончины он стал почитаться всеми за святого. После него осталось три его сына и две дочери. Один, внебрачный, по имени Стефан, был прижит от него одной дворянкой, остальные двое были законными: Владислав, которого некоторые называют Урошем, родился от его первой жены Елизаветы, дочери венгерского короля Иштвана IV, а Константин — от второй жены, гречанки из Константинополя. Его внебрачный сын Стефан, обладая редкой мудростью, привлек на свою сторону всех магнатов королевства, которое он намеревался захватить еще при жизни его отца или (если это не удастся) после его кончины. Прознав об этом, король Милутин ослепил его и отослал в Константинополь к своему тестю императору Андронику, дочь которого Феодора была за ним замужем, чтобы тот держал его там под стражей вместе с двумя его малолетними сыновьями. Из упомянутых сыновей один вскоре умер, а другой, по прозвищу Душан, будучи еще ребенком, был возвращен [Милутиным] перед своей смертью из Константинополя в Сербию. Иные утверждают, что Стефан был ослеплен своим отцом по наущению своей мачехи, однако на самом деле он вовсе не был ослеплен, хотя поначалу и притворялся [слепым]. Владислав, став королем, проявил себя большим другом рагузинцев, многие из которых, в частности, Матей Цриевич (Zrieua), Иван Пуцич (Pozza) и Вито Бобальевич (Bobali), некоторое время состояли в числе его придворных и оказали ему немалую помощь в войнах, которые он вел со своими братьями. Бобальевич, который был очень богат, вернувшись в Рагузу, не раз ссужал его деньгами, как явствует из завещания упомянутого Бобальевича, составленного в 1326 году, где он пишет, что этот король вместе со своим отцом задолжали ему некую сумму денег. Владислав совершал огромные траты на укрепление своей власти в Рашке, но все его усилия оказались тщетными. Пока он воевал со своим братом Константином, ряд недовольных им магнатов вызвали из Константинополя его брата, который, как было сказано, был ослеплен своим отцом. Тот, будучи (как уже говорилось) весьма сметлив, сумел воспользоваться раздорами упомянутых магнатов, одна часть которых держала сторону Владислава, а другая — Константина. Пока два брата преследовали друг друга, Стефан привлек на свою сторону большинство магнатов и народа, в чем ему немало способствовала неспособность Владислава, который проявил себя бездарным полководцем. [Владислав], заполучив своего брата Константина в свои руки, приказал распять его, прибить гвоздями и распилить надвое. После этого он решил удалиться и уехал в Срем. Там он также не пользовался уважением, несмотря на свое родство с венгерским королем. Венгры, видя его неспособность вести войну, а следовательно, и властвовать, не оказывали ему никакой помощи. Вскоре он, находясь в Мачве (Mazoua), был схвачен своим братом Стефаном и брошен в темницу, где и окончил свои дни. Итак, когда Владислав и Константин ушли из жизни упомянутым образом, их брат Стефан подчинил себе силой оружия все королевство своего отца. Однако еще до начала своего восхождения к трону он, чтобы расположить к себе своих подданных, решил сменить имя и взять себе имя своего отца, помня о том, отец его Урош пользовался всеобщим благоволением. И он показал себя достойным и этого имени, и трона. Помимо прочих его похвальных качеств [следует отметить и такое]: если ему попадался купец, то он всегда с ним отменно обходился. Поэтому многие рагузинцы охотно останавливались и торговали в его королевстве. Однако было время, когда по навету недоброжелателей, которым он доверился, он начал войну с рагузинцами, требуя от них (как было сказано ранее) уступить ему остров Ластово (Lagosta), который они некогда приобрели у короля Храпало. Однако затем, поняв свою ошибку, он заключил с ними добрый мир и стал любить и обходиться с ними лучше прежнего. И со всеми прочими соседними государями он предпочитал жить в мире. Управляя с большой рассудительностью своими владениями, он значительно увеличил свою казну. Посему в 1319 году, который был (по мнению некоторых) восьмым годом его правления, он установил серебряный алтарь в храме Святого Николая Барийского в Апулии. Память об этом сохранилась и поныне: в упомянутом храме есть надпись, гласящая: