Этим утром в кабаке Брахуна у него это была единственная мысль, что бесконечно крутилась по кругу, раз, за разом возвращаясь снова и снова. И от этого бреда ему казалось, что его голова сейчас взорвётся.
— «Для меня деньги — лишь средство делать то, что считаю нужным. Для них …».
Сидор серьёзно задумался. Он не понимал, что для этих молодых парней и девчонок значат его деньги. Что для них значит удача их товарища, их компании. Какую роль они играют в их жизни, и можно ли на них положиться в том что он задумал.
Но если судить по глазам егерей и амазонок, почуявших запах крупной добычи и больших денег, вырвать этот кусок из своего рта они бы без серьёзной драчки никому бы не дали. А решительность, написанная на их лицах, не оставляла у него сомнения, что так всё и будет.
Он помнил лицо сидящего в колпаке пулемётного броневика парня, там, на дороге, когда набежавшие из города стражники готовились растащить их собственность по своим узлам. Его глаза в тот момент, готовые открыть огонь на поражение, окончательно сняли вопрос чьё это добро и кому им распоряжаться.
Видимо, именно это и послужило причиной того, что от них, в конце концов, отстали, дав возможность спокойно заниматься перевозом брошенного посреди дороги имущества в свои закрома.
— Барон Сидор де Вехтор? — глухой, странно неопределённый голос у него за спиной, сбил мысли Сидора с плавного, ленивого течения.
— «По-моему с завтраками у Брахуна пора кончать, — проскочила у Сидора чёткая раздражённая мысль. — Не дают спокойно поесть».
По голосу подошедшего сразу ничего нельзя было сказать, словно говорил не человек, а призрак. Это было столь необычно для местных, что Сидор непроизвольно оглянулся, чтоб чётче рассмотреть подошедшего.
— Ну, я, — весьма невежливо, если не сказать, грубо, откликнулся Сидор.
Подошедшего со спины человека он давно уже рассмотрел в отражённом изображении на большой стеклянной бутыли, стоящей в нише возле его стола. И то, что тот подошёл незаметно, постаравшись по пути не скрипнуть даже половицей, навевало самые нехорошие мысли. Не о нём, а о собственной наблюдательности, так и не успокоившейся до сих пор.
— Первое, — вдруг совершенно неожиданно для гостя сказал Сидор. — Никогда больше не подходите ко мне со спины. Да ещё так тихо. Если б я вас не видел в стекле бутыли там, в нише, то вы бы сейчас лежали с болтом в брюхе.
— Разрешите? — снятой с головы шляпой подошедший указал на свободный стул за столом.
— Прошу, — нехотя кивнул Сидор головой. — Вижу, вы очень настойчивы, а значит, вам что-то надо. Но впредь, — поморщился он, — будьте осторожней.
Я вас знаю? — наморщил он лоб, стараясь вспомнить, где ранее он мог видеть этого смутно знакомого ему человека.
— Нет, мы не знакомы, — улыбнулся человек одними губами. — Но, честно скажу, давно хотел познакомиться.
— Если вы, как и все, продать, или сдать в аренду трактор, ответ один — нет. Пока сами не разберёмся со своими планами, ни продавать, ни сдавать в аренду свои трактора наша компания не будет.
— Тем более что главный добытчик пока ещё не дееспособен, — вдруг неожиданно тихо рассмеялся он.
— Не понимаю, что здесь весёлого, — хмуро бросил незнакомец.
— Проехали. Это — наши дела, — тихо проговорил Сидор, мгновенно сосредотачиваясь. — Итак, кто вы и что вам надо?
— Позвольте представиться, — слегка склонил голову незнакомец. — Верховный хан Поречной орды багатур Ярослав Сатин.
— Хан? — неподдельно удивился Сидор. — Живой хан!? Э-э, — опамятовался он. — То есть, Сатино-Татарское — ваш город, — даже не спрашивая, а просто констатируя факт, удивлённо смотрел он на сидящего напротив человека.
— Да, — улыбнулся незнакомец. — Я — хан. А Сатино — мой город. Мой, — вдруг жёстко и холодно проговорил он. — Мои предки владели им много веков, сотни поколений, всё время, что зафиксированы нашими хрониками. И мои же предки его потеряли. Ты единственный кто смог его вернуть.
— Я? — замялся Сидор, чувствуя неловкость. — Я вообще-то его сжёг, если ты слышал правдивую версию произошедшего. А ещё точнее — не я, а Корней, хотя и по обоюдному нашему согласию. Я вообще, выбыл из строя в самом начале боя, попав на минное поле.
И более того. Взять его я просто не мог, потому как парадом командовал Корней. А я в его отряде был простым снабженцем и лишь частично, иногда пулемётчик. А всеми военными делами заправляет у нас Корней. И я в его дела не суюсь. Не по чину. Так что, если тебе надо ещё пару раз его взять обратно, то это всё к нему, — смущённо улыбнулся он. — Ну, — вдруг замялся он, — иногда ещё изобрести что-нибудь такое-этакое удаётся. Но это всё.
Снова улыбнувшись, Сидор покрутил у виска растопыренными пальцами.
— Меня не интересует, кто именно разрабатывал план операции, — холодно проговорил хан. Шутовской тон Сидора он не принял. — Главное, что не будь вас, барон, не было бы и штурма Сатино. Не было б штурма — не взяли бы и не сожгли его. А вместе с крепостью и несколько тысяч подгорных.
