Кивнув, барышня тоже встала… и даже чуть покраснела…
– Маменька, мы недолго.
– Да гуляйте себе…
Спустившись по мраморной, с балюстрадою лестнице, молодые люди повернули налево и по посыпанной желтым песком дорожке пошли в сад, устроенный в английском стиле. Аккуратно подстриженные кусты, деревья… статуи, аллеи… и конечно – ажурная беседка рядом с журчащим ручьем. Там, в беседке, и сели…
– Красивое у вас платье, Варвара Ивановна, – сразу же похвалил молодой человек. – да и вы сама… нынче приятно так выглядите. Нет, нет, в самом деле – приятно!
Варенька зарделась и опустила глаза.
– А чем вы вчера занимались? – не отставал Антон. – Как у вас день прошел?
– Да по-всякому… С утра с маменькой по хозяйству – приглядывали… Потом на рынок поехали, кучера надо было купить. Маменька и схитрила – простого мужика взяли, но он умеет и с лошадьми… В пять рублей всего обошелся!
– Это хорошо, когда в пять…
– А после обеда я книгу читала… Французскую – Руссо. Очень поучительная. А вы какие стихи больше любите…
– Да я… так…
– А я – Сумарокова, Тредиаковского… Вот, про грозу:
с выражением продекламировала девушка.
– Очень хорошо! – прогнав с лица улыбку, похвалил Антон. – Очень!
Искоса глянув на собеседника, Варенька чуть помолчала и вдруг спросила:
– А Катенька ваша где… сестрица? Что-то она к чаю не вышла…
Катенька, сестрица… А, Катенька! Так матушка ж ее…
– По правде сказать, в немилости Катенька, – не стал юлить молодой человек. – Матушка, видите ли, ее замуж хочет выдать… За графа Верского.
– За Верского? – барышня ахнула. – За этого старика?
– Зато богат-с!
– Ну, это да… Так и вы ж не из бедных! Ой… извините… – девушка снова покраснела.
– Так вот, Катерина отказывается… А характер у нее, как у маменьки… сами знаете.
– Да уж, знаю… Ох, Катя, Катя…
– Только – тсс! – приложив палец к губам, Антон округлил глаза. – Это я по секрету! Только вам…
– Я понимаю… – девушка быстро покивала и вдруг жеманно закатила глазки. – Катя ваша – красавица… Не то что я…
– А вы весьма недурны! – беспрекословным тоном промолвил молодой барин. – Наговариваете вы на себя… Варвара Ивановна.
– Ах, Антон Федорович, что вы, что вы…
– А можно я вас Варенькой звать буду? А вы меня – просто Антоном.
– Ах… – девушка вдруг настороженно отпрянула… и вдруг улыбнулась. – А знаете, я раньше думала, вы как-то меня избегаете. Нет, правда-правда! А вот сейчас… сейчас мне как-то совсем иначе думается… Жаль, что Катя-то…
– Ничего, – улыбнулся юноша. – Уж как-нибудь они с матушкой помирятся…
Пожалуй, уже настало время начать узнавать о Вере – момент для того уж был очень удобный.
Хитро улыбаясь, Антон начал издалека:
– Варенька, а вы циркус когда-нибудь видели? Ну, там, где акробаты, жонглеры?
– Так в июле ж, на ярмарке! – всплеснула руками барышня. И этак миленько округлила глаза. – Там и акробаты, и жонглеры… Даже канатоходец был! Да вы что же, не помните? А-а-а… вы ж тогда в своем полку были… Ну да!
Молодой человек молча кивнул. Как и все дворянские недоросли, он с детства был приписан к одному из гвардейских легкоконных полков, квартировавших в Санкт-Петербурге, и уже дослужился до подпоручика. Хотя, по «Указу о вольностях дворянства», мог бы и вообще не служить, тем более – единственный сын… Однако воинская служба молодому барину нравилась – и других посмотреть, и себя показать! Шпагой, саблей да палашом управлялся он весьма недурно, да и трусом никогда не был.
– А говорят, еще бывают такие люди, необычные… не такие как все… – взяв Вареньку за руку, негромко продолжал молодой человек. – Даже и у нас здесь… быть может, недалеко. Вот, кстати, вы об одной странной девушке не слыхали? Ну, которая как бы не от мира сего?
Барышня неожиданно прыснула:
– Да таких-то, Антон, много! Даже меня в детстве такой считали… За то, что книжки читала преизрядно.
– Книжки – это хорошо. А какие вам больше нравились?
– Ну-у… Тредиаковский… Сумароков еще. Державин… И там много еще… Знаете, у нас как в гости подружки придут, так мы друг дружке в альбомы стихи разные пишем! Вот я вам в следующий раз принесу, коли уж у нас такая беседа зашла. Признаюсь, весьма от вас неожиданная!
– Так это плохо?
– Нет-нет! Очень даже хорошо.
– Значит, про девушку странную не слыхали? – Антон все же счел нужным напомнить.
– А в чем странность-то? – вполне резонно переспросила Варя.
– Ну-у… Говорят, она ничего вокруг не понимает…
– Ой, да таких…
– И разные непонятные вещи рассказывала.
– А какие – непонятные?
– Ну… про самобеглые повозки… она их автомобилями называла… Еще про мобильный теле… Ну, про то, что можно друг с другом на большом расстоянии разговаривать… Еще говорила, что она, барышня та, работала куафёром… наращивала волосы, прически делала, красила… в салоне красоты.
