Отступив, поняв, что разговор не принесет желаемого, Ольга Ивановна все же попыталась пояснить.
— О том, что, — ее сладостный голос, наигранное сочувствие, заставило его похолодеть, — я была права, не желая тебя рожать.
Секунда…
Вторая…
Прозвучавшие слова эхом отозвались в сознании Стаса, проскальзывая мимо, не задерживаясь, сами по себе складываясь в ненужные пазлы.
— Что? — дрожащим голосом выдохнул он, не сумев совладать с собой.
Пусть ему и было двадцать восемь, но слышать, что твое рождение было нежелательно и по прошествии стольких лет, согласитесь выбьет почву из-под ног даже у самого стойкого.
Предательские слезы, тут же переполнив, струйками скатились по щекам.
Коснувшись его предплечья, Ольга Ивановна, поморщилась.
— Вот только не нужно, — она недовольно отступила. — Ты действительно не задумывался как у такой женщины, могло родиться что-то наподобие тебя!? Если бы лекарства подействовали, тебя бы не было!
Смахнув явные признаки своей слабости, Стас постарался унять дрожь, но тело не слушалось, заставляя прокручивать холодные слова, которые безжалостными волнами разбивались об и так хрупкие осколки его жизни.
— Как я могла родить такого ребенка? — в ее голосе впервые за все время, звучал яркий оттенок брезгливости.
Что подействовало на Стаса как ледяная вода, как очередная звонкая пощечина, отрезвляя его от жалости к самому себе.
— Такого? — переспросил он, не обращая внимания на слезливые просьбы внутренней омеги, не распалять и так больной разговор.
— Вот такого! — выплюнула «мама» уже не сдерживаясь. — Совсем не примечательного. В котором нет ни капли…
Презрительно улыбнувшись, окинув придирчивым взглядом, Ольга Ивановна, прошипела.
— С таким телом и глупым характером, ты никому не нужен, — она фыркнула. — Разве альфа может серьезно смотреть на такого жиртреста, тем более офисного планктона?! Черт, за что мне такое..?
Сейчас слушая нелепые оскорбления человека, которого Стас считал своей семьей, парень не был в состоянии что-то ответить.
— Если не нужен, — все же не сдержался омега, — почему ты так вцепилась в этот брак?
Удивленно выгнув бровь, женщина недовольно пробубнила.
— Мне плевать что в тебе нашел Олег, — она пожала плечами. — Он хочет тебя, а я хочу получить власть его семьи.
Взяв сумочку, собираясь уходить, она бросила на прощанье пару ласковых.
— Так что даю тебе пару дней что бы принять правильное решение и наконец сделать хоть что-то полезное для своей семьи.
Наблюдая ее уход, слыша, как закрывается дверь, Стас еще надеялся, что это воображение его больного мозга. Но слезы без устали катившиеся по щекам были настоящими, та боль, из-за которой было сложно дышать, тоже была реальна.
Повернувшись в окно, парень заметил, как мама выходит из подъезда и садиться в поджидавшую ее иномарку.
Мама.
Разве мамы такие?
Надеясь на мельчайшую крупицу недоразумения жестокой шутки, Стас достал свой телефон, набирая знакомый номер. Слушая длительные гудки, он зажмурился, надеясь, что бы ему не ответили, что бы он…
— Стас? Что случилось? Почему так поздно?
Выдохнув, прочистив горло, омега смог лишь выдавить пару слов.
— Я действительно был не нужным?
Запнувшись, услышав дрожь в его голосе, Александр Дмитриевич замешкал, не зная, что ответить.
— О чем ты? — в его словах слышалась паника. — Давай я сейчас приеду, и мы поговорим…
— Не о чем говорить, — грубо оборвал его Стас, чувствуя, как запоздалая реакция разочарования наполняет все внутри. — Она мне все прекрасно объяснила.
Резкая тишина и тяжелый вздох, за которым последовало одинокое слово.
— Прости.
Понимая, что услышал все что «хотел», парень сбросил, направляясь к двери, закрывая на замок и защелку, зная что вслед за мамой примчится и отец, на разговор с которым он не был способен.
Прислонившись спиной к двери, Стас медленно сполз на пол, утыкаясь лицом в ладони, старясь сдержать всхлипы.
Мелкая дрожь сотрясла хрупкие плечи, которые и так тряслись в бесшумных рыданиях.
Ненужный.
Жестокие слова отбивали в мозгу чечетку, заставляя чувствовать себя глупым ребенком, желая забыться в теплых объятиях любимого человека.
Любимого…
Усмехнувшись сквозь слезы, подняв лицо, Стас посмотрел в тусклую полоску света, льющуюся из кухни. Где находился ноутбук с информацией Маркусовых измен, так заботливо собранных мамой.
Смахнув слезы, поднявшись, парень решил все же просмотреть полностью созданный файл, как бы больно от этого не было.
Чтобы больше не одно его движение не всколыхнуло в нем хоть какие-то чувства кроме презрения.
Листая фото, Стас уяснил, что альфа в действительности изменял ему почти каждый день. На некоторых фото мелькали омеги из соседнего офиса.
Те, которые любили самодовольно улыбаться, столкнувшись с ним в коридоре. Тогда парень списывал все на банальную ревность.
А на самом деле вот оно что.
Походу, уже весь офис знал, что он наглядный пример оленя с пышными рогами.
Грустно улыбнувшись, Стас свернул все фото, зная, что злиться должен только на себя. В самом начале, Маркус ясно дал понять, к каким отношениям стремится. Он не обещал жениться и не клялся в вечной любви.