Я тоже прошла по роскошному дому Малька. Да, красиво жить не запретишь! И чего здесь только не было! Даже царские нувориши позавидовали бы этой роскоши. Мраморная лестница, венецианская штукатурка, мебель из пород богатого лиственного дерева. И непросто было определить, чего здесь нет для шикарного времяпрепровождения. Я вернулась в гостиную, была ещё на лестнице, как вдруг моё внимание привлекла мужская шляпа, которая лежала на шахматном столике в углу и никак не сочеталась с интерьером. Подойдя ближе, я её узнала. Именно в ней от меня убегал вчера Вадим.
Я тут же рассказала Володе о происшествии вчера и происхождении этой находки. По всей вероятности, Вадим направился к другу после нашей погони. Честно, даже не могла предположить, что этот тип не попытается понадёжней скрыться, а нагло продолжит разгуливать по городу. Но убийство?! Оно ему явно не было на руку. Что могло произойти, что заставило его покончить с другом? Или это не он? Но маловероятно.
Пришёл Андрей после вояжа по соседям. Но его опрос не дал никаких результатов. Никто ничего не видел.
Пока Стас остался в доме с Володей, я вышла и прогулялась по двору, который тоже отличался ухоженностью. Оглядела двор и пришла к выводу, что в таком уютном месте было бы приятно погулять гостям. Увидела лестницу, которая была поставлена в том месте, где была камера. И место под крышей было раскурочено.
Дальше я пошла на улицу. В небольшом углублении каменного забора рядом с баком для мусора я обнаружила знакомую тётку в траурной косынке. Ба, да это та самая бомжиха, которую я встретила в Заброшке, когда искала сбежавшего Венчика. Тётка по чему-то колотила камнем, пытаясь разбить или отбить. Причём тихо, отборно материлась, видимо, это грубое действие не приносило результата. Я с улыбкой направилась к ней:
— Здравствуйте! Я не могу вам помочь?
Оказалось, тётка меня сразу узнала.
— А, это ты опять? Что тут ходишь? Я думаю, тебе здесь без надобности.
— Нет, как раз по надобности. Что это вы тут так разбиваете?
— Раз в мусорке, значит, ничьё?
Мой взгляд сразу выхватил остатки видеокамеры наблюдения. И, безусловно, это была та самая камера с дома Малька. Не угадать её было трудно. Люберман и тут показал свою любовь к роскоши. Камера была украшена полудрагоценными камушками, которые безуспешно пыталась отбить бомжиха.
— Ты же не хочешь сесть в тюрьму за убийство? На этой камере на пленке должно быть лицо преступника, убийцы. А ты его уничтожаешь. Теперь как будешь себя оправдывать?
Бомжиха оторопела, быстро соображая и прикидывая, что делать. Бросить находку и бежать? Всё равно догонят и найдут. Или попытаться оправдаться? Правда, камушки жалко. Может, и хорошо стоят. Ну да бог с ними! И бомжиха, придя к нужному решению, протянула мне камеру:
— Бери, я ж не знала, что она нужна. А я-то, сама посмотри, кого убью? Неужели непонятно?
— Да мне-то понятно, а оперативникам нет. Ладно, давай мне, а сама уходи. Да, кстати, а ты здесь с вечера не была? Когда сюда пришла?
— Только утром! Это моё место и Петрухи. Но он сегодня и вчера не ходил сюда. Так это, я пойду, ладно?
Я взяла в руки камеру. Удивительно, но плёнка, похоже, не была тронута, даже после варварского насилия над ней. Неосторожно с вашей стороны, Вадим Григорьевич. Хотя всё же пленку надо проверить, сохранилось ли на ней что-либо.
Вернувшись в дом, я передала плёнку Володе. Он взглянул на меня удивлёнными глазами. И, как по цепочке, дальше удивился Стас:
— Боже мой, где ты её нарыла?
Я довольно и высокомерно посмотрела на них. Знай наших!
— У каждого свои секреты.
А в это время из дома уже выносили Малька с его загадочной улыбкой.
После этого мы заехали со Станиславом и Володей в отделение, где по горячим следам посмотрели плёнку, которая хоть и пострадала, но на ней был ясно виден человек с бородой, в коем явно угадывались черты нам знакомого Вадима, причём в дом он входил в шляпе. Осталось лишь найти его.
После этого мы решили пообедать и заехали в ресторан. Пожалуй, счастливые дни моей жизни продолжались. Мы шутили и смеялись, поглощая вкусный обед, который я в своей загруженной жизни часто пропускала. Но когда он подходил к концу, мне позвонили. И это был звонок от Валентины Яковлевны Антоновой.
— Татьяна, вы не могли бы сейчас ко мне приехать?
— А что случилось? Есть новости?
— Да, новости есть. Но по телефону не могу.
— Ждите, выезжаю.
Стас удивлённо смотрел на меня. И вдруг опять телефон. На этот раз его. Звонила его мама, Софья Львовна. По её взволнованному голосу я поняла, что у них тоже что-то случилось. Станислав долго слушал, а потом тоже сказал, что немедленно приедет. Оказалось, что в их доме тоже произошло ограбление. Всё содержимое сейфа было украдено. И мама Стаса только что это обнаружила и сразу начала звонить сыну и мужу. Но Фёдора Ильича вызвали в Москву по какому-то очень важному делу, и вчера он уехал. Поэтому Станислав заторопился.
— Таня, может, мы поедем сразу к моим? Может, ваша клиентка подождёт?
