— Этот беспредел начался шесть лет назад, когда я принял предложение Григория Порошина занять у него место повара. Сначала, как всегда, не поймёшь, что за люди. Вроде бы хорошо платят, что ещё? Но чем дальше, тем мне яснее становилось, какое гнильё меня окружает. Хозяин меня в целом не доставал, но слухи о его делишках частенько доходили и до меня. Но вот его гадёныш Вадик доставал всех. А ведь и не скажешь!
Привлекателен, умён, деньги зарабатывать умеет. Девчонки на него летели, как бабочки на огонёк. Но Григорию было всё равно, откуда эти деньги у парня появляются. А к девушкам Вадик относился хуже, чем к собакам. Собак хоть иногда ласкают. А он и бил их, и насиловал. Приглашал бомжей для насилия над девчатами. А сам наблюдал. А потом в кутузку их сдавал как насильников. И ни одна девушка его не выдавала. Извращенец хренов! Короче, всех гадостей, сотворённых им над девушками, не перечислишь!
И однажды я на кухне у себя обнаруживаю большую кастрюлю, полную тысячерублёвок. Вот скажите мне, на кой кому-то надо кучу денег на кухне хранить? В кастрюле? Ну и… Мне показалось, что бабки какие-то немножко не такие… блестят не так, короче. Меня самого разок чуть не привлекли за фальшивку, которую на сдачу получил, вот я и… настороженно к купюрам отношусь. И я с этой кастрюлей собрался подняться к Григорию, чтобы тот поговорил, что ли, с сыночком. Так он меня перехватил по дороге, взял за грудки и сказал мне: «Только попробуй вякни! Я тут же вызову полицию и скажу, что у себя в доме обнаружил фальшивомонетчика».
Я испугался. И не стал ничего говорить Григорию. Сам должен знать. Но и совсем молчать не мог. И я сказал Вадиму, чтобы он хранил свои деньги в другом месте. А он гаденько так улыбнулся и сказал, что каждому нужен запасной аэродром.
Терпел я, терпел, а потом мне другое место предложили. И я с облегчением покинул Порошиных. А тут их и несчастья всякие настигли. Но сынок, по слухам, совсем свихнулся. Вовремя я ушёл. Думал, всё! Ан нет! Он и к Ивановым стал мне в кастрюли подкидывать фальшивые бабки. Да как хитро! Его ни одна камера у них не зафиксировала. Но я-то знал, что это он. Зачем? Да кто ж его знает! Может, боялся, что я его сдам, и пугал, чтобы я не проболтался. А может, просто… ну, это… чувство юмора у него такое, извращённое.
А потом тишина. Это я уже потом узнал, что его посадили. Обрадовали меня. Думал, мытарства мои закончились. И вот две недели назад я вижу его гостем в этом доме вместе с крестницей Софьи Львовны. Всё во мне перевернулось! Ну всё, опять ужас теперь начнётся! И я не ошибся.
Через три дня он подкараулил меня возле дома и сказал, что если я хочу спокойной жизни, то должен выполнить его поручение.
А поручение заключалось именно в том, что произошло. Я должен был в отсутствие Софьи Львовны забраться в кабинет Фёдора Ильича, открыть сейф по коду, который он сообщит, и вынести всё содержимое. Что я и сделал.
— Когда вы должны были передать ему содержимое?
— Сегодня вечером.
— А что стряслось у вас на кухне?
— Я услышал ваш разговор обо мне. Полез за содержимым сейфа, но ноги у меня затряслись, голова закружилась, и я упал с табуретки вместе с кастрюлей и подносом.
— Да уж, на воре шапка горит! Почему вы не обратились в полицию из-за домогательств Порошина?
— Простите! Видит бог, я этого не хотел! А почему не пошёл в полицию? Я маленький человек, а у Порошиных всегда были связи. Да он каждый шаг мой видел, как через лупу! И на опережение шёл!
До прихода Вадима оставались считаные минуты. И ребята начали готовиться. Вызвали подкрепление, которое аккуратно должно было оцепить периметр дома. И вскоре полицейские оказались на месте.
Но проходило назначенное для встречи время, а Вадима в округе не наблюдалось. По всей вероятности, он что-то заподозрил. Или чуйка у него, как у зверя.
Мне не давала покоя мысль: откуда Вадиму стал известен код сейфа Леднёвых? Простой вывод напрашивался сам. Кроме Юли, вроде бы некому. Но и Юля не была настолько приближена к дому, и ей вряд ли бы сообщалась такая информация. Но код стал известен Вадиму. Это факт.
Вот уже прошёл час, но новостей о приходе преступника не было. Володя снял большую часть группы с наблюдения и отправил домой, оставив лишь двух наблюдателей.
Сидя в кресле и листая газету, я вдруг поняла, как сильно я устала. Глаза упорно слипались. Ещё немного, и начну клевать носом.
Увидев мою усталость, Станислав проводил меня в гостевую комнату, пренебрегая моими протестами.
— Танюша! Если он появится, я непременно вас разбужу. Думаю, что на сей раз справимся без вас. А вы отдыхайте! Вы это сегодня заслужили.
И я провалилась в глубокий сон. Мне опять снился лес, по которому я шагаю в поисках девушки Маши. И вот я наконец выхожу к деревне. А деревня мне знакома. Это деревня Митяя.
* * *
Проснулась я довольно рано, обнаружив в своей постели Станислава. Он крепко обнимал меня и спал богатырским сном. Высвободившись из объятий Стаса, я приняла душ и оделась. Мои телодвижения не разбудили его. И я быстро направилась вниз в надежде перекусить.
