Это была Тамара Михайловна, старушка-соседка, жившая этажом ниже Клавы и иногда подрабатывавшая у нее почасовой няней. Бизнес-леди Клавдия Степановна обходилась без постоянной воспитательницы — ее шестилетняя дочь Леночка ходила в обычный районный садик. Такова была принципиальная позиция матери. Клава считала, что ребенок должен с малых лет учиться адаптироваться в социуме, независимо от материальных возможностей семьи. Однако многие ее подруги подозревали, что дело тут в элементарной скупости. Не зря же говорится: «Чем люди богаче, тем жаднее». По мнению подруг, семейство Протопоповых тянуло на жадность высшей категории.
Сама Клавдия зарабатывала очень неплохо. Что уж говорить о ее муже, занимавшем не последнюю должность в представительстве ООН в Москве! Так что хорошо образованная профессиональная гувернантка была Протопоповым вполне по карману.
Подруги ошибались. Ни Клавдия, ни ее муж денег на дочь не жалели. В садик девочку отдали из лучших побуждений и после долгих раздумий. Ну, а раз в два-три месяца, когда после недолгой простуды — здоровье у Леночки, слава Богу, было хорошим — мать какую-то неделю не водила ребенка в сад, ее всегда могла выручить милая интеллигентная соседка.
— …Клавдия Степановна, миленькая…
Тамара Михайловна повторяла эти слова как заведенная, пока наконец не выдала фразу, после которой собеседник хватается за сердце и падает на стул.
— Вы только не волнуйтесь!
Но Клавдия Степановна Протопопова действительно умела держать удар.
— Что случилось? — почти спокойно спросила она.
— Леночка… Леночка…
— Что — Леночка? — Клава успела сто раз обругать себя за то, что в свое время не заключила договор с профессиональной няней. — Тамара Михайловна, прекратите причитать и объясните, что случилось!
— Леночка пропала…
— Обойдусь без лишних слов и прелюдий. Мы все осознаем ситуацию, в которой оказались. Сегодня там, — высокий чиновник понятным всем жестом показал пальцем куда-то наверх, — принято решение о создании Федеральной экспертной службы. Такой службы в России, да и в мире, пожалуй, не было никогда. Курировать ФЭС будет лично товарищ Султанов.
Да, министр в этот раз действительно не отличался многословием. Ситуация была близка к катастрофической. В городе начиналась настоящая паника. Под окнами министерства митинговали какие-то клакеры…
Замы и их помощники, все это время сидевшие в мрачном молчании, дружно повернули головы в сторону своего коллеги — заместителя министра внутренних дел Руслана Султановича Султанова.
— Прошу вас, Руслан Султанович, расскажите о назначении службы, ее целях и задачах…
По степени заученности и безэмоциональности выступление новоявленного куратора напоминало ответ школьника, вызванного к доске:
— ФЭС — новая структура в составе МВД. В кратчайшие сроки она будет оснащена самым современным оборудованием для проведения криминалистических и судебно-медицинских экспертиз. Это позволит оперативно проводить как традиционные виды экспертиз, так и редко используемые, в число которых входят новейшие акустические, психосоматические, нейролингвистические исследования. Их подробный перечень указан в брошюрах, лежащих перед вами. Особо хочу подчеркнуть: наша служба — федеральная.
Разумеется, первая и важнейшая задача, которая во многом определит и саму судьбу новой службы, — это обнаружение и ликвидация Органиста. В будущем, надеюсь, ФЭС будет принимать активное участие в раскрытии самых сложных преступлений. У меня все.
Такая пламенная речь, разумеется, не могла вызвать большого энтузиазма. Лица совещающихся, до этого просто мрачные, обрели одинаково ироничное выражение.
— Техника — это хорошо. Технику мы все любим. Всем ее не хватает. Но у меня вопрос — а работать на этом новейшем оборудовании кто будет? Где вы возьмете людей?
— Это мы сейчас решаем.
Повестка дня была исчерпана, и коллеги начали прощаться. Двигались стулья, шуршали бумаги. Обмениваясь негромкими репликами, «силовики» покидали кабинет начальства Султанов продолжал сидеть, гипнотизируя взглядом элегантную кожаную папку с вытисненной золотом аббревиатурой «МВД». Ну, и с гербом, конечно, куда же без него…
— У вас, Руслан Султанович, что-то еще ко мне? — удивленно поинтересовался министр.
Его заместитель, не отрывая взгляда от папки, ответил:
— Да… С людьми засада… Есть одна мыслишка…
— Вот и хорошо. Не задерживаю вас больше. В бой!
Только тут Султанов, вынырнув из размышлений, осознал странность своего поведения и совсем другим тоном — четким, прямо-таки чеканным — отрапортовал:
— Извините. Задумался.
— Не самый большой грех, — главный милиционер страны усмехнулся, — надеюсь, быстро справитесь с поставленной задачей. Времени у нас нет. Совсем.
— Понятно. Разрешите идти?
— Идите.
