Утро началось обыденно. Умывание, сбор постелей, каша с ломтиком сыра, травяной чай Тамии. Тошка, готовый, как всегда, раньше всех, восседает на Панге, сберегая узлы и мешок с продуктами.
Смешанный лес расступался перед нашей командой, радуя зеленью и птичьим гамом. Небо пестрело облаками, намекая на скорую перемену погоды, однако так славно было шагать по просохшей земле с сытым животом! Мы даже нарушили свой обычный порядок похода: молодёжь пропустили вперёд, а сами с Арсидом наблюдали, как они веселятся, заставляя Тошку разговаривать:
– Тошка, скажи "рррр"!
Тошка рычит.
– Тошка, скажи "ссссс"!
Тошка свистит.
– А теперь "шшшшш"!
Тошка шипит.
И почему-то такая ерунда доставляет всем троим столько радости, что у нас не хватает духу прервать это увлекательное занятие.
– Тош, а теперь повторяй за мной! – Ёжик начал выводить свистом гимн России. Тошка старательно подсвистывал и тоже пытался держать мелодию.
– Прости, Арсид, заслушалась, это главная песня моей Родины, – я нечаянно пропустила вопрос моряка.
– Величественная, – прислушался Арсид, – я спросить хотел. У вас фамилии есть?
– Есть, конечно. Моя фамилия по-вашему означает "та, кто живёт у озера".
– Хорошая фамилия, не слишком частая, но достаточно известная, – одобрительно кивнул Арсид, – на языке Велирии это будет звучать Ньера.
Языковед тут же кинул подсказку: «ньер» – озеро, «а» – окончание прилагательного женского рода. Следовательно, Озерова, или Озёрная, впрочем, здесь без разницы.
– Даша Ньера, – я попробовала, как звучит, – нормально, мне нравится. А у вас какая фамилия?
– У меня Валам – лодочник, а у Тамии отцова фамилия – Сена.
Так, «сен» – петух, значит, Петухова.
– Это может принести какие-то сложности? Да, кстати, Ёж! Ёжик! Поди сюда! У тебя какая фамилия будет?
– Твоя, конечно, сестрёнка!
– Но…
– Вы и в самом деле очень похожи, – согласился Арсид, – я так до сих пор думаю, что вы родня.
– Вообще, да, дальняя только, – решилась я. – Значит, ты будешь Ньеру. Так?
– Недурно, – заценил Ёжик, – почти как Джавахарлал.
– Ты начинаешь смиряться с мыслью о карьерном росте? – я улыбнулась.
– Если ты рассмотришь… – задумчивым тоном начал было Ёж.
Я сорвалась с места.
Быстрее!
Бегом, лётом, перепрыгивая через корни деревьев и попадающиеся коряги:
– Помоги, Хозяин!
Сзади стихли крики спутников, я боюсь не успеть, потому что чьё-то сердце устало отсчитывает последние удары.
Тук… Тук… Тук… Тук…
У меня перехватывает дыхание, я сама почти задыхаюсь, но упорно бегу, бегу, сейчас откроется второе, не может же не открыться, вперёд! Толкаю, бросаю себя в этом беге. Быстрее!
Тук… Тук… Тук…
Выскакиваю к домику типа сарай, рву дверь.
На скамье лежит женщина. Скелет.
Что? Как? Чем помочь?
Непрямой массаж сердца? Что там говорил наш препод?
Толкаю, ещё, ещё, что-то мало помогает…
Маг я или кто? Если я могу питаться магией, значит, могу и передавать переработанную.
Тук…… Тук……
Я прижимаю ладошки к её сердцу, направляя магию золотым потоком. Как же давно нас учили на курсах медсестёр!
Верю – могу!
Просто прими мою магию, моё горячее желание тебе помочь.
– Живи! – шепчу. – Живи! Бери, дарю! Живи!
Тук… Тук… Тук… Тук… Тук. Тук. Тук. Тук.
Всё ещё опасаясь отпустить, я вижу, как золотое сияние впитывается, поднимаю глаза и снова ужасаюсь.
Это череп с седыми космами. А на лбу сажей нарисован круг – знак Солы. Наверное, меня совсем не поблагодарят за такое нарушение планов. Мы просто были недалеко, иначе бы я даже не услышала. Она позвала буквально в последние минуты.
Осторожно отнимаю руку, готова в любой момент вернуть обратно. Оборачиваюсь.
Деловитый Ёжик, не бросивший рюкзак, протягивает бутылку с травяным чаем и тряпочку.
– Спасибо, братишка, – улыбаюсь ему со слезами на глазах.
Как напоить человека без сознания? Да и можно ли ей пить после такого?
Намоченной чаем чистой тряпочкой промокнула сухие губы. И только теперь почувствовала запах.
– Ёж, её надо помыть и переодеть.
– Арсида с Тамией зовём, или уж пусть там пока поживут? А Тошку?
Я помотала головой, возвращаясь в реальный мир. Выдохнула:
– Конечно, и Тошку, и всех. Погоди минутку.
Мне почему-то было трудно встать.
– Даш, с ней ничего не случится, а они там с ума сходят от беспокойства. Давай, я тебя поддержу.
Он помог мне подняться.
– Ёжик, может, сам сходишь? Я, честно, никуда ни ногой!
– Сходил бы, да боюсь, что не найду их. Сюда-то кое-как за тобой бежал. Ну ты и скоростная, сестричка!
– Ты просто с рюкзаком был, – утешила его.
Рюкзак мы кинули в хижине и теперь ковыляли к брошенным попутчикам.
У меня здоровски получалось держать направление, опираясь на плечи Ёжика, даже периодически удавалось закрыть глаза и сделать пару-тройку шагов во сне. Только новообретённый братишка почему-то ругался и заставлял просыпаться. Я ещё успела увидеть бросившегося ко мне Тошку и встревоженного Арсида, потом уже никто не мог побороть такой нужный мне сладкий сон.
