– Я чиновник двенадцатого ранга Ваташ Урик. Обвиняю леди Дашу Ньера и Ёжа Ньеру в проникновении в Велирию без оповещения поместной службы, а также в неуплате налога на пребывание иностранцев.
Мы с Ёжиком, оставшиеся в одиночестве на скамье обвиняемых, переглянулись. Можно было предполагать, что такое поместная служба. У них пока не было толкового транспорта, но уже введен визовый режим?
– Прошу в круг, – поторопила меня судья.
Я снова окунулась в состояние радостной болтливости, разулыбалась:
– К сожалению, мы не знали о существовании налога. И поместной службы тоже.
– Как же вы попали в страну? – с обманчивым добродушием спросил Жар.
Я еле сдержала порыв начать выбалтывать, начиная со знакомства с Лали. Люди за судейским столом вызывали безотчетное доверие, они были бесконечно милы и надёжны, лучше всех могли понять и помочь в трудную минуту. Я переводила взгляд с одного лица на другое и всё не могла выбрать, кому из них смотреть в глаза, чтобы никого не обидеть.
Сморгнула. Повернула голову туда, откуда донёсся предостерегающий возглас. Лица знакомых стражей, Арсида, Тамии были странно искажены, Дэв шевелил губами, будто подсказывая мне ответ. Я внимательно всмотрелась и попробовала повторить:
– Ва-ва-ва!
– Отвечайте на вопрос! – потребовала судья.
Ну какая же она лапочка, когда сердится. Так потешно хмурится! Я захихикала. Жар расширил глаза, а Хлад скорчил уксусную рожу. Ха-ха-ха! Ой, держите меня семеро! Ха-ха-ха-ха! Это же невыносимо смешно! А-ха-ха-ха! Ржунимагу! Ха-ха-ха, ох, Ёжик, Ёжик, смотри! Ха-ха-ха! А она-то! Хи-хи-хи-хи!
Ко мне подскочил рыжик, я ухватила его за лацкан, тыкала пальцем в судей, болтая на русском вперемешку с английским, удивляясь, что меня не понимают, требовала смеяться со мной вместе, пытаясь объяснить, в чём же заключается этот фееричный прикол. Почему со мной никто не смеётся? Всё равно они славные! Рыжик выдернул меня из круга, тряс и быстро говорил, слишком быстро, я прижала палец к его губам и скомандовала:
– Тихо! Смотри, – и махнула рукой.
Перед дамой-судьёй возникла ваза с розами, Хладу с Жаром – коньяк, Тамии – вернуть Пангу, Арсиду – вылечить руку, Егерту – оранжево-синий ирокез, Лаврису – жёлто-фиолетовый, стражам – заколки с бантиками, Дэву – шляпу с плюмажем, а Ёжику (я сосредоточилась и выжала из себя всё до капельки) – мамин портрет, какой она мне запомнилась.
Всё!
Выдохнула и счастливо сползла на пол.
Тошка, мой любимый дракоша, спешил ко мне, смешно подскакивая, чтобы не упасть. Я обняла малыша и спокойно заснула.
Вигорд Танну, магистр артефакторики
Вызов от Вальцана принес стражник прямо среди урока. Дети жутко обрадовались. Прекрасно их понимаю, за неделю до каникул увещевания педагогов теряют смысл. Во всём классе слушают и делают только двое из десяти. Вызов послужил отличным предлогом, чтобы покинуть это сборище весенних лентяев.
Сам-то Вальцан таким не был в школьные годы, потому и добился столь высокого поста. И всё же порой он приглашает меня для консультации на заседания суда. Каждый раз моя копилка после таких вызовов пополняется ещё одним любопытным случаем.
Девушка действительно была интересной. Худенькая, с большими глазами, она настороженно наблюдала за ходом заседания, смотреть на её лицо было увлекательно – до такой степени живо она реагировала на всё происходящее. Разбирался обычный вопрос о совершеннолетии, а она так сверкала глазищами, как будто хотела прожечь насквозь обвинителя.
Ещё интереснее было другое. У неё был артефакт. Возможно, она и сама не знала о его существовании, Вальцан прошептал, что он намекнул ей снять артефакт, но она не поняла. Закон не запрещает отвечать в суде с артефактами, а определить, какого рода изделие используется, Вальцан не смог.
Определенно, это была защита. Я пытался рассмотреть исходящие потоки, однако преграда не просматривалась ни в ментальном, ни в эмпатическом планах. Ясно, что было что-то, но неясно – что? Амулет? Точно не талисман и не оберег.
В круге богини не работает ни один артефакт, потому я с нетерпением ждал, когда девушку вызовут в круг.
Несмотря на успокаивающий эффект круга, говорила она очень эмоционально, жаль, меня это не насторожило сразу. Незнакомый лёгкий акцент, порой неверное строение фраз – эти мелочи о многом могли сказать, но кто же знал!
Самое важное – её защита держалась! Она стояла в круге богини и была по-прежнему защищена.
– В чём её обвиняют?
– Они с друзьями, похоже, спасли эту курицу, что на скамье обвинителей.
Вальцана вызвали на диагностику, он и в самом деле великолепный диагност, причём с людьми у него получается куда лучше, чем с артефактами. Получается, обвинение было ложным. Это хорошо, но совершенно не приближает нас к разгадке.
