А Колобок не спал. Он думал: «Почему три пакета молока? Почему три? Ключ в этих пакетах».
Он достал ножницы, разрезал пакет и налил молоко в стакан. Потом посмотрел на него через увеличительное стекло. Молока стало больше. Машинально Колобок съел ещё одну котлету. И тут его осенило:
– Один человек может съесть две котлеты. Значит, их трое. Вот почему три пакета. Вот в чём секрет.
Утомлённый, он задремал, положив голову на стол. Но спал он недолго. Рано утром заговорил радиопередатчик на столе.
– Алло, Колобок? Это я, Булочкин. Произвожу вставание. Гражданка Чемоданова предлагает бежать трусцой вокруг квартала. Какие будут указания?
– Трусите… То есть трусците… В общем, делайте всё, что положено. Мы должны исследовать весь режим дошкольника от утра до глубокой ночи.
Булочкин и Вера Антоновна побежали. Сумерки лежали над кварталом. И Булочкин увидел, как много в городе ночных спортсменов. Они были в самых разных одеждах. Одни бежали в ботинках, другие в шлёпанцах на босу ногу. И бежали они с разной скоростью и во все стороны.
Пробежав около километра, Булочкин и Вера Антоновна прибежали домой завтракать.
Завтрак был простой: мягкий хлеб, две котлеты и молоко.
– Мой Лёша очень любил молоко! – сказала бабушка, подавая Булочкину передничек в горошек и очень симпатичный слюнявчик.
– А яйца всмятку он не любил? – намекнул Булочкин. – Или кашу рисовую?
– Терпеть не мог, – ответила бабушка.
– А сосиски? – продолжал свою линию Булочкин.
– Никаких сосисок! – сказала бабушка. – От них бывает потолстение. Уж в крайнем случае кефир.
После завтрака Булочкина повели в сквер в группу с английским языком. И он с большим интересом присоединился к десятку малышей в ярких и разных комбинезонах. Дети в группе все были вежливые, хорошо воспитанные, но какие-то кислые. Они разговаривали примерно так:
– Мальчик, мальчик, вы мешаете мне идти. Можно, я стукну вас лопаткой?
– О, я буду просто счастлив!
– Маруся, Маруся! – строго говорила воспитательница с английским акцентом. – Прекратите вашу лопаточную агрессию.
Булочкин передал Колобку по рации:
– Алло, алло! Это я – Булочкин. Похищение ребёнка из сквера летающим чайником невозможно. Вокруг отдыхают пенсионеры. Отобьют.
– Вас понял, – ответил Колобок. – Следуйте дальше по режиму дня.
Сам Колобок сидел в НПДД и рассматривал котлету под микроскопом. В волнении он съел её.
«Почему одна вилка? Почему одна вилка?» Тут ему в голову пришла простая мысль: «Если я съел три котлеты, то и эти люди могут съесть каждый по три котлеты. Значит, их двое: мальчик и похититель. Вилка для похитителя. Ребёнка он заставляет есть руками. Круг сужается».
А Булочкин уже был в музыкальном классе, где похищенный Лёша приучался к большому искусству. Булочкин тоже играл на флейте. Не отрываясь от инструмента, он изредка спрашивал у строгой преподавательницы:
– Подходы у вас простреливаются? Места для посадки летающих чайников есть?
Преподавательница отвечала:
– Не отвлекайтесь, обучаемый. Все разговоры после того, как вы освоите гаммы. При чём тут летающие чайники? Вас должен интересовать «Полёт шмеля».
Рядом с Булочкиным упоённо дули в обе щеки два мальчика. Они ему отвечали:
– Подходы у нас просматриваются, фью-фью. Чайники у нас не летали, фью-ю-ю-фр!
Только суровая, почти армейская дисциплинированность смогла удержать Булочкина у флейты. Он просидел как приклеенный около часа.
Преподавательница даже сказала Вере Антоновне:
– Ваш мальчик явно делает успехи! Он стал усидчивым.
Хотя Булочкин был далеко не мальчик, а человек средних лет. Видно, музыка настолько захлёстывала учительницу, что она, кроме нот и клавиш, ничего другого просто не замечала.
В конце концов Булочкин положил флейту на пюпитр и на цыпочках подошёл к окну. Он слез вниз по водосточной трубе. Осмотрелся и увидел Веру Антоновну.
– Куда теперь? – спросил он у спортивной бабушки.
– Фигурное катание! – ответила она. – Каток юных пионеров.
Всё дальнейшее Булочкин помнит как во сне. Они пришли на стадион. Булочкину вручили фигурные коньки. И пока бабушка в группе других родителей узнавала последние московские новости, Булочкин с детьми тренировался на будущего чемпиона мира.
– Делаем приседания, – говорила девушка-тренер. – Идём гусиным шагом.
Булочкин присел, а идти гусиным шагом уже не мог. Потому что он просто сидел на льду.
– А теперь делаем ласточку! – приказала девушка. – Новенький, новенький, когда делают ласточку, руками за лёд не держатся.
Дети яркими пчёлками катались вокруг Булочкина, а он никак не мог отпустить из рук каток. Наконец на лёд выбежала Вера Антоновна и утащила его в раздевалку.
И тут его вызвал по рации Колобок:
– Булочкин, Булочкин, спросите, пожалуйста, у бабушки, что любил есть внук Лёша?
– А чего тут спрашивать, – ответил Булочкин. – Молоко и котлеты. В крайнем случае кефир.
– Отлично. Продолжайте исследовать режим. А почему я слышу треск? – спросил Колобок. – Это что, радиопомехи?
– Нет. Это я на стенку налетел.
– Ничего, держитесь! – приказал Колобок и выключил рацию.
– Что нам ещё осталось? – спросил Булочкин, пытаясь снять конёк.
