— Привет, чувак. Извини. Не заметил тебя.
Киран откашливается и потирает затылок. В воздухе витает что-то очень похожее на тревогу, и не только мою.
— Привет Лен. Ничего страшного, уже забыто.
Нет, ну, серьезно, какого хрена с ним происходит? Я никогда не видел Грейди таким встревоженным или нервным, но сейчас все именно так. Более того, Кирану…
Прежде чем я успеваю сказать что-то еще, он проскальзывает мимо, направляясь к зданию, в котором, по видимости, будет проходить его следующая лекция.
— Киран, — окликаю я его, но он продолжал идти. Я знаю, что парень достаточно близко, чтобы меня услышать, но он просто делает вид, будто не слышит.
Решив прояснить все до конца, я быстро догоняю Кирана, так как он от меня всего в двадцати ярдах.
— Слушай, у тебя есть минутка? — спрашиваю я, оказавшись рядом.
Киран качает головой, глядя на меня, пока мы идем к корпусу:
— Мне нужно идти на занятия.
Я цепляюсь пальцами за карман его толстовки, удерживая тем самым на месте.
— Обещаю, наш разговор займет всего минуту.
Его взгляд пробегает по моему лицу, прежде чем он вздыхает и кивает в знак согласия:
— У тебя есть две. Мне серьёзно нельзя опаздывать.
— Хорошо, — говорю я, жестом приглашая его идти впереди.
Потирая затылок, Киран начинает двигаться к своему корпусу, а я следую за ним. Наше молчание неловкое и напряженное, и я тут же начинаю нервничать. Пальцами беспорядочно постукивая по ноге, я пытаюсь придумать, как выяснить, что же все-таки происходит.
— Я сделал что-то, что тебя разозлило? — выпаливаю я, резко останавливаясь.
Киран тормозит и поворачивается ко мне, нахмурив брови:
— Нет, Ривер. Ты не сделал ничего такого, что могло бы меня разозлить.
Из-за того, что он намеренно повторяет мои слова, у меня голова идет кругом.
— Но я ведь
Киран качает головой:
— Что? Почему это имеет значение?
Разводя руки в стороны, я пожимаю плечами:
— Не знаю, чувак. Может, потому, что ты мой товарищ по команде, и мне нужно убедиться, что проблема, из-за которой ты меня избегаешь, не затронет футбол? — Киран откашливается, потирая шею ещё сильнее, но ничего не говорит. — Серьезно, что происходит? Ну давай же, Рейн. Ты…
— Кажется, я просил тебя не называть меня так, — обрывает он меня резко.
Я хмурю брови, прокручивая в голове то, что сказал:
— Серьезно? И это
— Единственная
— О чем ты вообще?
Киран качает головой и выдыхает:
— Давай возьмем это прозвище в качестве примера. Я просил тебя не называть меня Рейн, но ты всё равно это сделал. Кто сказал, что ты не проигнорируешь и другие мои просьбы, лишь бы продолжать полоскать мне мозги?
Я ничего не могу с собой поделать, и смеюсь над этой нелепостью:
— Ладно… Дай-ка уточню. О каких
Киран закатывает глаза и смотрит на небо, словно спрашивая у того ответа:
— С моей стороны? Например, если я поймаю тебя на том, что ты меня разглядываешь, и попрошу этого не делать?
Я имею в виду, кроме той ночи…
— Прости? — медленно спрашиваю я.
Моя рука так и зудит, желая продолжить тот ритм с целью успокоить участившийся пульс.
— Я в курсе, Ривер. Узнал о твоих
— О'кей, уверен, что ты его просветил. Нет проблемы — нет проблем, так ведь?
Киран скрипит зубами и качает головой:
— Дело не в этом.
— Ну, так объясни, Киран. В чем тогда дело?
Он усмехается и пронзает меня жестким взглядом:
— Ты серьезно не понимаешь?
Когда я вскидываю бровь, не отвечая, Киран качает головой:
— Хочешь знать? Что ж, ладно. У тебя есть привычка делать всё, как тебе хочется. Пусть мы почти не знаем друг друга, но это я выяснил сразу, — говорит он, дважды постукивая себя указательным пальцем по груди. — Ты родился с золотой ложкой во рту и считаешь, будто имеешь право на всё, только из-за того, что у тебя под боком трастовый фонд. — Киран скрещивает руки на груди и расправляет плечи: — Черт, все знают, что вы с сыном тренера — лучшие друзья. Так вот как ты получил свою позицию? Через связи?