Грейс съела пасту с холодным тунцом, и мы провели вечер за просмотром фильма о говорящей собаке, пока она не уснула на моих коленях. Кто-то должен был предупредить, что став родителем, придется смотреть скучнейшие фильмы на свете. Я уложила ее в свою кровать и бережно, боясь разбудить, переодела в пижамку. Она зарылась в одеяло, и я прилегла с ней рядом, надеясь на пятиминутное спокойствие без мыслей об этих чертовых правилах. Не помогло.
Темнота вокруг расслабляла, но слова о том, что пора прекращать делать первые шаги самой, беспощадно крутились в моей голове. В этот момент я поняла одну мысль: в каждых моих отношениях с мужчинами именно я делала первые шаги к сближению. И ни одни из этих отношений не продлилось долго. Льюис — парень из университета, который своими поцелуями в шею заставлял меня парить, бросил меня ради девки с большими сиськами, Майкл — мужчина без целей и обязательств, и наконец, Питер — мужчина, сильнее всех разбивший мне сердце, но подаривший невероятную дочь. Я сама знакомилась с ними, делала первые шаги в отношениях, любила их и сама же их теряла.
Но как тогда строить отношения, если предлагается пассивно сидеть и ждать приглашений на свидания? Будут ли у меня в результате соблюдения этих правил вообще хоть какие-то отношения? Понимает ли автор, о чем пишет?
Чувствуя, как отчаяние овладевает мной, я прошла на кухню выпить апельсинового сока. Стоя у холодильника, попыталась собраться с мыслями, напоминая себе, что несвязные объяснения безумного автора не могут быть истиной, даже если он и несколько тысяч других его читателей утверждают обратное.
Перед глазами стояла история моей мамы. Когда они расстались, я была совсем маленькой, и не помню своего отца. Но моя мама всегда говорила, что он долго добивался ее. Она рассказывала, что отец был красавцем, а таким она не доверяла, и только спустя несколько недель ухаживаний, она все-таки согласилась пойти с ним на свидание. Они поженились холодным октябрьским днем, после чего она обнаружила, что беременна Хелен. Четыре года спустя появилась я. Затем, на мой первый день рождения, он ушел на работу и больше не вернулся домой. С тех пор мы его ни разу не видели. Но Хелен как-то удалось выяснить, что сейчас он живет в Испании со своей третьей женой Дженнифер. У него больше нет детей. Может быть потому, что он не хотел видеть даже тех, которые у него уже были.
Этот пример лучше всего доказывает, что большинство отношений рушатся несмотря на то, кто сделал первый шаг. Я редко думаю об отце, потому что он заставляет меня задуматься, насколько трудной была жизнь моей мамы. И даже спустя десять лет после несчастного случая, унесшего ее жизнь, я все еще безмерно скучаю по ней. Уверена, она бы обожала Грейс.
Поставив апельсиновый сок обратно в холодильник, я утерла слезу. Проклятые ночи! Никогда днем я не бываю такой несчастной. Лучше подумаю об этих правилах завтра. Еще только половина одиннадцатого, а я уже вымотана. Натянув старую футболку, я улеглась рядышком с Грейс, которая успела развалиться на постели в форме морской звезды и громко сопела. Я поцеловала ее в лоб и обняла, игнорируя звуки входящего сообщения в телефоне. Мне сейчас ничего не нужно, кроме этих сладких объятий.
Мы проснулись в восемь утра. Сверкая голой попкой, Грейс беззаботно танцевала под песню YMCA на видеоигре Wii Party, пока я готовила завтрак. Тем временем я рисовала улыбающиеся рожицы на вареных яйцах, а из тоста вырезала солдатиков, чувствуя себя образцовой матерью. Накрыв на стол, я позвала ее.
— Ты собираешься когда-нибудь надеть трусы?
Она кивнула.
— Потом. Сначала позавтракаю. Для этого трусы не нужны. Для воскресенья трусы вообще не нужны.
— Какое яйцо ты хочешь?
Она внимательно осмотрела каждое яйцо, указав на правое.
— Я буду это. Оно похоже на папу.
— Да ну? — Я повернула яйцо, и действительно, на меня смотрел маленький, только что сваренный Питер. Я рассмотрела соседнее яйцо. Оно было похоже на Клинта Иствуда. О чем я думала, рисуя рожицы?
— Отличный выбор, — ответила я, со странным удовольствием наблюдая, как она скальпирует свое яйцо.
После завтрака, убрав посуду в посудомойку, я проверила телефон. Два сообщения еще со вчерашнего вечера. Оба от Роуз.
22.45: Поедешь в парк завтра?
23.20: НЕ ХОЧЕШЬ СО МНОЙ РАЗГОВАРИВАТЬ?
Хихикнув, я набрала ее номер.
— Привет, Роуз. Я тебя не игнорировала, просто вчера рано легла.
— Я поняла. Поедете в парк? Мне нужна компания.
— Ага, давай возьмем с собой еду для пикника и поедем в парк «Рукен Глен». Я поведу.
Договорившись забрать их в полдень, я сообщила Грейс, что мы едем в парк.
— А обязательно туда ехать с Джейсоном? — спросила она, скривив лицо. — Он меня обозвал плаксой. Он сам плакса. Я тогда плакала, потому что поранила коленку. А он плакал, потому что на обед нам дали горох.
— Да, я наслышана о его горохофобии. Мальчики могут быть немного глупыми в этом возрасте, Грейс, но потом они становятся лучше. И тебе они даже могут нравиться. Просто постарайся играть с ним хорошо.