Первым порывом Чангэ, пораженной несправедливым арестом губернатора в момент нависшей над городом наивысшей опасности, было немедля броситься на выручку Гунсун Хэну. Однако, она понимала, что тем самым можно только ухудшить ситуацию. Позже пробравшемуся в поместье начальника гарнизона Сюй Фэну удалось подслушать разговор того с советником Медвежьего войска, оказавшимся двоюродным братом Сыма Ту, и стало ясно, что начальник гарнизона продался врагу и планирует откупиться от Ашилэ ценностями городской сокровищницы, нажившись при этом, а потом обвинить во всем губернатора Шочжоу. Подавив негодование, Чангэ сконцентрировалась на поиске решения проблемы и, кое-что придумав, пошла посоветоваться с управляющим Цинь. Ее план был рискованным, требовал подключения городских войск, и в случае провала грозил еще большими неприятностями губернатору, но выхода не было.
К удивлению Чангэ, господин Цинь ждал ее. Выслушав ее план, он протянул ей именную бирку губернатора, позволяющую поднять армию, и заранее написанное рукой Гунсун Хэна краткое распоряжение для генералов: «Выполняйте его приказы». Тем самым губернатор полностью доверял ей защиту города в свое отсутствие.
Приглашенные на совет генералы армии Шочжоу с воодушевлением восприняли задумки Чангэ, и уже поздним вечером начали их осуществление.
Скрытые ночные атаки на лагерь Медвежьей армии раздразнили противника, прежде не получавшего отпора на своей территории, особенно потому, что нападавшие оказались неуловимыми. Отряд, проводивший атаки, вернулся в Шочжоу без потерь. Разъяренный тегин Медвежьего войска, как и ожидала Чангэ, потребовал от начальника гарнизона избавиться от организатора атак и, обнадеженный заверениями того, что архивариус Ли мертв, наутро третьего дня появился с частью своего войска перед воротами города, чтобы получить город и обещанные ценности. Естественно, ни он, ни Сыма Ту, собиравшийся именем губернатора сдать Шочжоу врагу, не ожидали, что мнимое убийство окажется хорошо разыгранным Чангэ и Сюй Фэном представлением. Выстрелом из лука неожиданно появившаяся на стене Чангэ выбила из рук Ту Кашэ список ценностей, которые собирался передать ему Сыма Ту, и отдала приказ тысяче лучников расстреливать не ожидавших такого поворота воинов противника. Их попытка атаковать была мгновенно смята, хаотическое отступление превратилось в бегство, и тогда из засады появились ожидавшие там отряды городской армии, погнавшие врага к полноводной реке Удин, служившей естественной границей между Тан и Ашилэ, где сильно замешкавшиеся на переправе воины были практически полностью перебиты. Лишь небольшой группе во главе с Ту Кашэ удалось уйти.
Сыма Ту был убит Ту Кашэ, заподозрившим предательство с его стороны, когда Чангэ появилась на стене. Это послужило основанием для немедленного освобождения Гунсун Хэна из-под стражи, поскольку, согласно закону Тан, в случае смерти военного чиновника во время военных действий его место должен был занять гражданский чиновник высшего ранга.
— Замечательная идея — заманить врага в ловушку обещанием легкой победы и избавиться от Сыма Ту руками Медвежьего войска. Благодаря точным планам архивариуса Ли город избежал серьезной опасности, — завершил свой доклад губернатору генерал Гао позже, когда все собрались, чтобы отпраздновать победу и возвращение Гунсун Хэна. — Но могу я спросить, отчего вы были так уверены, что они не откажутся от нападения?
— Сыма Ту сам навлек на себя смерть, — ответила Чангэ. — Он думал откупиться от Ашилэ, не понимая, что Медвежье войско желает не просто ограбить город, а полностью завоевать его. Их жадность не знает границ. Шочжоу все равно подвергся бы нападению после передачи ценностей. Так что я просто воспользовался этой возможностью. — Она повернулась к Сюй Фэну и продолжила, уважительно складывая перед собой руки: — Без помощи Сюй Фэна в нашем небольшом представлении мы бы не смогли обмануть Сыма Ту.
— Ради спасения моего господина я не пожалел бы жизни, — спокойно ответил Сюй Фэн, возвращая жест уважения. — Мы все верно служим ему уже многие годы. Архивариус Ли заслужил мое восхищение за пренебрежение жизнью и смертью, поскольку он недавно с нами… Архивариус Ли. Если бы я ударил чуть сильнее, то рана могла бы стать смертельной. Как вы могли так довериться мне?
— Я доверился вашей верности губернатору, — просто ответила Чангэ.
— Хорошо сказано! — торжественно кивнул Гунсун Хэн и, сложив перед собой руки в жесте уважения, поклонился всем присутствующим. — Мне действительно посчастливилось работать с такими верными воинами, как вы.
— Командующий Ли, я тоже хочу поблагодарить вас, — улыбаясь, произнес управляющий Цинь.
— Господин Цинь, как вы меня назвали? — с недоверчивым удивлением переспросила Чангэ.
— Командующий Ли Шисы, — повторил тот.
Гунсун Хэн подтверждающе кивнул головой, и все одобрительно рассмеялись.
