Продолжение оформленной в виде личных воспоминаний истории Виталия Чудова, бывшего военным корреспондентом и ставшего опытным энерговедом, прошедшим сквозь пламя самой ответственной битвы в его жизни. Заключительная повесть знаменует окончание его непростого жизненного пути, полного размышлений о сущем, о будущей роли человечества в Млечном Пути и о предмете морального спора, длящегося тысячелетиями, – о пороке и непорочности. Но так ли уж очевидны ответы, лежащие, на первый взгляд, на поверхности? Так ли уж просто будет герою принять свою новую тройственную суть? Сможет ли он осознать свою истинную роль в недопущении падения родной страны в пучину вечного цикла краха и возрождения?
Сквозь сон я почувствовал некое возмущение, исходящее от кого-то по соседству. Не хотелось отрываться от обучения, но пришлось, потому что единственным «кем-то», кто мог рядом со мной быть, была моя Света.
Благодаря внутриглазным имплантам тьма не являлась мне препятствием. Я видел, как Света, одетая в одну лишь ночную рубашку, села у края кровати, опустив голову.
– Что случилось? – спросил я, сев рядом с ней. – Кошмар приснился?
– Неконтролируемое сновидение, – поразительно спокойно ответила мне она. – Таких уже полгода не было. И вновь они пришли.
Я осторожно взял её за подбородок и повернул лицом к себе. Одного взгляда в её глаза хватило, чтобы понять – она скорее озадачена, чем взволнована.
– Что ты видела? – спросил я прямо.
– Снова Чёрную Арену, – ответила она. – Как ты сражаешься с Анугиразусом. Как ты откусываешь ему голову. Как ты умираешь. Ничего нового.
– Ты не знаешь, почему оно так? Разве тебя до сих пор волнует то, что было тогда?
– Меня волнует не произошедшее. Не то, что видела Света-драконица. Я…
Света замолчала, её глаза приняли вид драконьих – обычное явление после того, как её разум слился с другой, драконьей половиной её сознания. Мягкие черты её лица затвердели, взгляд наполнился раздражением.
– Я зла сама на себя, что не сделала тогда ничего, чтобы помочь тебе. Я не предупредила тебя об опасности анугирской крови, не посвятила тебя в свои размышления по этому поводу. Упустила шанс. Заставила себя страдать те два года, пока ты был мёртв…
– Послушай меня, – я посмотрел Свете прямо в глаза. Немного, на самом деле, рискованно смотреть энерговеду в глаза, когда внутри него бушует эмоциональная буря. – Ты ни в чём не виновата. Слышишь меня? Ни в чём. А что было, то прошло. Не нужно корить себя. Тебе бы просто не позволили помочь мне. То была моя битва.
Света лишь отвела взгляд, но возмущение внутри неё не утихало.
– Сколько же лет нам с тобой ещё предстоит прислуживать высшим существам? Сначала Евгений и Владимир. Теперь Пенутрий. Неужели нас никогда не оставят в покое?
– Никогда, – ответил я честно. – Думаю, ровно до тех пор, пока мы не сделаем всё, что от нас требуется. Сейчас – вернуть Анугиразу. Потом – убедить русских драконов и драконов-карателей встать под моим началом. Вся жизнь – служба, Свет. Уж тебе ли об этом не знать.
– Служба на благо страны уже однажды лишила меня счастья быть женой и матерью. Новая служба Владимиру и Евгению едва не лишила меня мужа. Одному Богу известно, чего она может лишить меня ещё, пока я служу Пенутрию.
– Значит, будем делать всё, чтобы ничего не лишиться. Будем изворачиваться. Приспосабливаться. Помнишь, как ты говорила, когда учила меня энерговедению? Ты говорила: «Думай. Умей приспосабливаться». Пора бы и учителю применить на практике собственный урок.
Теперь Света посмотрела в мои глаза. То был взгляд твёрдый, уверенный. Взгляд драконицы, с которой я был в третьем мире-измерении.
– Пообещай мне, Витя, что когда мы с тобой исполним свой долг, то хотя бы на десять лет уйдём от всех этих глобальных забот, посвятим себя друг другу и своим детям. Мы просто обязаны это сделать.
– Я не могу этого обещать. Логика намерений гораздо слабее логики обстоятельств. Никто не знает, что выдумают высшие существа для нас в очередной раз. Однако я обещаю, что сделаю всё возможное, чтобы наши с тобой мечты претворились в жизнь. Нужно лишь поработать.
Ах, милая моя Света. Знала бы ты тогда, какие испытания свалятся на наши головы, ни за что бы не отпустила меня в Италию.
***
Ниточка энергии, ведущая к ожерелью, инкрустированному десятью чёрными бриллиантами, в котором, согласно рассказу кота по имени Баюн, содержится разум Анугиразы, тянулась в Итальянскую Межзвёздную Федерацию. Италия соседствовала с Россией примерно на северо-западе и являлась нейтральным государством, ведущим собственную политику.
Ничего особенного там нет, это лишь маленький кусочек территории, опоздавший к делёжке большого пирога в рукаве Персея, где находится большинство известных государств, кроме государства варсайллимов, оно-то находится в рукаве Ориона, где располагается подвластная им человеческая прародина – Земля.
Маленький он, конечно, лишь относительно межзвёздных империй, вроде Российской Федерации Планетарных Комиссариатов, Корпоративного Человеческого Союза или Межзвёздной Арабской Республики. Так-то Италия занимает восемь миров-зеркал, на которых выращивает хлеб, строит города, растит детей и наращивает промышленность.
Говорят, там спокойно. Немудрено, единственный крупный сосед, с которым можно торговать, у них – Россия, с КЧС они соединяются несколькими легко контролируемыми диахроновыми дорогами. Это спасло их от захвата и полной ассимиляции. Корпоратам очень пригодился бы лишний миллиард пушечного мяса, готовый умереть на поверхности наших планет и в нашем космическом пространстве за интересы тамошнего капитала.
