— В следующий раз предупреждай, если не хочешь, чтобы я испортил тебе плащ! — Кайрен поставил ШДИ на предохранитель и нервным движением взъерошил волосы. — Как ты меня нашел?
Лэнг поднялся на ноги и огляделся вокруг. Ему тоже явно было интересно устройство последней модели столичных разведывательных катеров.
— Как и договаривались — отследил по сигналу с твоего браслета.
— Значит, ты только что снизу? — с какой бы легкостью Танис не говорил о перехвате индивидуального сигнала с браслета связи, Кайрен прекрасно знал, что установку, необходимую для этого, с собой не унесешь. Она была в квартире инженеров Танисов (она же штаб-квартира Гильдии поводырей на альфа-шахте). Оторвавшись от изучения странного, почти прямого, штурвала, Лэнг кивнул:
— С трудом выбрался — внизу черно от имперских мундиров! — он повернулся, прислонившись спиной к приборной доске, и Кайрен заметил, что кулаки мужчины стиснуты от с трудом сдерживаемого гнева. — Герцогские гвардейцы с нижних уровней еще отстреливаются, но до азрака десант уже добрался!
— Я видел, — Кайрен кивнул и, не дожидаясь вопросов Таниса, активировал главный обзорный экран катера. На нем сразу же, словно он был всего лишь обыкновенным стеклом, загорелось изображение сияющего под солнцем ярко-синего океана, купола альфа-шахты с лучами-пирсами, далеко расходящимися во все стороны, и космических кораблей имперского десанта. Поводырь приложил свой браслет к сенсорам на панели управления, одновременно запуская программу синхронизации. Компьютеру катера понадобилась всего пара мгновений, чтобы считать информацию, собранную поводырем в устройстве связи, а в следующее мгновение картинка на экране изменилась: один из тяжелых крейсеров, как раз двигавшийся от шахты в сторону рейда, вспыхнул ярко-оранжевыми стрелками указателей. — Ну, далеко они не ушли! — Кайрен широко улыбнулся, даже не собираясь скрывать, насколько он доволен собственной работой. Потом оглянулся на Таниса. — А знаешь, что еще у меня есть?
— Если Жарук не солгал, — осторожно проговорил Лэнг, — то дочь императора лично передала вам секретные коды доступа генерала Хотина.
Кайрен невольно нахмурился: было что-то в интонации поводыря, что заставляло начать сомневаться в том, что они делали. Не предчувствие неуверенности, нет, но нечто такое же, надоедливое и упорно ускользающее. Можно было, конечно, еще возразить, что коды доступа им сообщила не сама дочь императора, а ее придворная дама, но, с другой стороны, фактически Лэнг был прав — без Иды они бы их никогда не получили. Кайрен усилием воли заставил себя перестать думать об этом. Обо всем этом!
— Он сказал правду.
— Тогда чего ты ждешь?
— Того, что ты наконец-то вспомнишь: не мешало бы люк закрыть!
Лэнг понимающе хмыкнул, но комментировать не стал. Он молча вернулся к люку, ударил кулаком по массивной черной кнопке, встроенной в переборку, дождался, пока трап, сложившись, скроется в днище катера, а крышка над ним герметично встанет на место, и приложил пальцы к левой стороне груди, полу шутливо полу серьезно отдавая честь:
— Выполнено, командир!
Кайрен нахмурился, явно не оценив шутки поводыря, и кивком головы указал Танису в сторону свободного штурманского кресла. Сам он уже расположился за штурвалом. Мягко заурчал антигравитационный двигатель, набирая обороты, и катер, плавно приподнявшись над поверхностью воды, сорвался вперед.
Ида медленно провела руками по лбу. Растрепавшиеся волосы щекотали кожу. Днем, на катере, Силия попыталась соорудить на ее голове некое подобие придворной прически, но до настоящего момента та, кажется, не дожила. «Лекарь», висевший над Дерианом Лоу вновь начал пищать, на этот раз тихо и монотонно. Может быть, сообщал, что его пора переключить на другой режим лечения, а может быть, о том, что заканчиваются какое-то медикаменты… В любом случае нужно позвать врача. Ида положила руку на дверь, собираясь открыть ее, но вдруг вновь остановилась.
— Ты сказал «
— А ты думаешь только о взрыве в Новом Городе? — Лоу хотел усмехнуться, но мышцы тела слушались его все хуже, онемение уже добралось до лица, и губы лишь едва заметно дрогнули. Он сглотнул слюну, ставшую внезапно густой и вязкой, и заставил себя продолжить. — На второй же день после твоего прилета ты чуть не погибла во время соляной бури. И только такой столичный житель, как ты, мог поверить, что фронт действительно не увидели на радаре заранее! Поверь мне, о его приближении знали — за несколько часов, как минимум. А тебя при этом специально, не предупредив, оставили на катере! Кто мог «забыть» это сделать?
