Пока Ахмед и Саид связывали лейтенанта Шандора, я показал Мелинарис смартфон с секретными фотографиями из красной папки начальника западной шахты. Из них следовало, что вся миссия «Бродяги космоса» была частью хитроумного плана, который должен был привести к взрыву на шахте, что, в свою очередь, вызвало бы радиоактивное заражение половины Сибири.
Конечно, виноватыми в этом были бы мы с братьями, а теперь и Мелинарис. Ни секунды не сомневаюсь, что под обломками нашли бы наши тела. В моём кармане следствие обнаружило бы детали взрывателя, а под ногтями — частицы взрывчатки. Старо как мир — операция под чужим флагом. Идеальный повод для проведения войсковой операции. Не нужно быть Мессингом или Вангой, чтобы понять, что уже через день боевые корабли Альянса приземлятся в России. К бабке не ходи — у них уже есть доказательства, которые указывают на виновность президента.
Да, было о чём задуматься!
— Что скажешь, лейтенант? — спросил я, обращаясь к девушке, на которой не было лица. — Теперь мы с тобой должны найти выход из этой ситуации. Если шахта не взорвётся, то этот корабль может превратиться в радиоактивную пыль. Пойми, если те, кто всё это спланировал, решили развязать войну, они обязательно это сделают. Какая разница, кто погибнет: шахтёры или экипаж тягача? И Маркус молчит, когда он так нужен!
— Ты знаешь Маркуса?
— Ещё бы! — Я видел, как загорелись красивые глаза девушки. — Это не тот маг, чтобы какой-то лейтенант смог его обхитрить. Вот только зачем он устраивает мне все эти проверки? Ещё и тебя втянул, как будто ему одного меня было мало!
— Ты о чём? Поясни, я что-то совсем запуталась, — взмолилась Мелинарис. — Причём здесь Маркус, и что за проверки? И вообще, кто ты такой? Ты совсем не прост: оказался в нужном месте, выдержал страшную атаку сильного мага, да ещё и вырубил его сам. Кроме того, ты разве не заметил, что говоришь со мной на моём родном дарианском языке? Между прочим, без акцента. Ты дарианец?
— Знала бы ты, с кем мне ещё приходилось разговаривать! По-моему, вы в вашем Альянсе все помешаны на своей магии! — Я видел, как глаза юной красавицы становились всё шире от удивления, и решил рассказать ей свою историю с самого начала. Я вспомнил о библиотеке, о капсуле с цветными дымами, о джиннах и пери, о Тауреде — обо всех ярких впечатлениях, которые подарил мне Маркус.
Только теперь на лице девушки появилась улыбка. Её красивые и глубокие глаза смотрели на меня с такой благодарностью, будто я не просто помог незадачливому лейтенанту, а вырвал её из когтей дракона.
Если бы я мог увидеть себя со стороны, то, наверное, увидел, как огнём зажглись мои щёки. Ох, этот чарующий взгляд изумрудных глаз. Что же такого я сделал, чтобы заслужить этот подарок судьбы? Возможно, Маркус в её мире пользовался уважением, раз известие о том, что он жив, сделало девушку счастливой. И меня заодно. На меня еще никогда так не смотрели.
Откровенно говоря, я бы не отказался и от поцелуя, но на данный момент достаточно и того, что красавица не испепелила меня из своего лучемёта. Этот её взгляд подарил мне надежду, что когда-нибудь я смогу мечтать и о поцелуе. Когда-нибудь это произойдёт, но сейчас мы должны сосредоточиться на спасении планеты и действовать быстро.
— Лейтенант, нельзя ли изолировать террориста хотя бы на время, пока «Бродяга» не покинет Землю? — прямо спросил я девушку. — Пойми, Шандор опасен, пока находится на планете. Взорвать корабль за пределами досягаемости земных технологий — бессмысленно: тогда Россию не в чем будет обвинить, и Альянс лишится повода для войны.
— Марсель, надеюсь, ты понимаешь, что предлагаешь мне совершить измену? — удивительно спокойно произнесла девушка. — Ты не забыл, что я всё ещё офицер флота Альянса?
— Решай сама, что для тебя важнее, — я пошёл ва-банк. — Если долг — бери лучемёт и сразу прикончи меня и братьев. Потом приведи в порядок своего лейтенанта, пусть запускает свою адскую машину и сжигает пару сотен тысяч жителей планеты в ядерном огне. Альянс даже не заметит потерь, верно? Ну погибнут туземцы — кому какое дело? Заодно добьёте хранителя Маркуса — вам же не удалось с первого раза.
— Марсель, я не вправе единолично решать такие вопросы. Я должна сообщить капитану!
— Сообщишь — подпишешь смертный приговор и ему, и всему экипажу. А невинных это всё равно не спасёт. Ну давай, беги к капитану...
— Может, тогда ты сам примешь решение? — дрогнувшим голосом спросила Мелина.
Я взял её руку в свои, ощутив лёгкую дрожь в её пальцах.
— Решение я приму. Но только вместе с тобой. Пора взрослеть, Мелина. Пойми — кроме нас, этого не сделает никто.
Кажется, мои слова нашли отклик. Девушка глубоко вздохнула, затем несколькими точными движениями провела руками над головой лейтенанта, коснулась биологически активных точек на его шее — и тело офицера обмякло в глубоком сне.
Мы уложили Шандора в кабину погрузчика. «Пусть поспит», — мысленно усмехнулся я. Мелинарис затемнила стёкла и уверенно заявила, что до посадки на «Восточном» террорист не очнётся.