Это я теперь поняла, о какой службе шла речь. А тогда всё было не понятно… Я думала, что эта старушка прикоснётся ко мне, и моё заболевание исчезнет раз и навсегда. Да не тут-то было…
– Ну что ты смотришь так? – спросила старушка, но, не дожидаясь ответа, продолжила. – Молодец, что пришла. Самое главное – вовремя. Не опоздала ещё. Хотя надо было ещё раньше. Вроде душа в душу жили, а почему не поняла, что он тебе всё время твердил?
Я догадалась, что она про сны мне говорит, и мне даже стыдно стало немного. Ведь я и правда не понимала, что он мне хочет сказать.
– Вон, за тобой муженёк твой стоит и ругает тебя.
Я невольно обернулась.
– Да не дёргайся так, ты всё рано его не увидишь. А плохого он тебе ничего не сделает, – успокоила меня Дуняша.
– Да он во сне ко мне приходил и ругал меня…
– Знаю, а теперь помолчи…
Старушка замолчала, только пристально смотрела мне за спину и качала головой, будто кого-то слушала.
Я была тогда, как не в своей тарелке. Но боялась даже пошевелиться.
– Хорошо, теперь иди! – сказала она кому-то за моей спиной. – Ты помог, а теперь – уходи, нечего тебе делать в мире живых. Иди! – потом посмотрела на меня и сказала. – Пошли.
Мы пришли в небольшую комнату, где было много икон.
Посадила она меня в дверном проёме. Затем зажгла церковную свечу и поставила возле образов лик святых, потом взяла одну большую свечу и растопила её. Видимо, Дуня совершала какой-то только ей известный ритуал. Затем вылила растопленный воск в воду, которую держала у меня над головой, постоянно что-то шепча, а после сказала мне:
– Ну что, девонька моя. Разлучница у тебя есть, – глядя на остывший воск, проговорила она. – Твоему мужчине надо было ещё раньше уйти от неё, это она вас на тот свет отправляет. Где она взяла вашу совместную фотографию?
– Не знаю… – растеряно проговорила я.
– Так вот, над этим снимком она и поработала. Истыкала её так, что ни один орган не пропустила. На него злость сильнее была, поэтому он быстрее ушёл. А тебе месть покруче была. Разлучница специально затянула твою болезнь. Она хотела, чтобы ты помучилась, почувствовала одиночество, боль утраты близкого человека. А потом ты всё равно ушла бы за ним. Вот так, голубушка.
– Я поняла, бабушка, что вы о его жене говорите, но ведь у неё на тот момент был другой уже мужчина. Да и они были на стадии развода. Я не пойму: зачем же она его в могилу загнала?
– Стадия, не стадия… Да, он ей не нужен был. Но брошенной ей было ещё хуже. Вот если бы она бросила, то был бы другой разговор, а тут – её бросили. По самолюбию стукнуло. Я ничем тебе уже помочь не смогу. Больше ко мне не приезжай, – тут я сникла, но последующие слова Дуняши вселили в меня надежду. – Я не помогу, но поможет тебе другая женщина, я её сейчас видела…
– И она мне про вас и рассказала, что только вы, Лидия Семёновна, сможете меня избавить от этого недуга. Я понимаю, что вы в полной растерянности, но я тогда тоже не понимала, о чём говорит старушка, и задала ей вопрос…
– Но как она может мне помочь? – спросила я у Дуняши. – У меня уже – третья стадия, а она уже – полгода в коме. Она – не врач, не медиум какой. Как эта женщина может остановить то, что уже прогрессирует с бешеной силой да так, что даже врачи не смогли ничего сделать?
– А вот здесь и нужна твоя вера на исцеление. Не будешь верить – никто тебе не поможет. Тогда – жди своего часа.
– Бабушка, скажите, а когда я выздоровею, что с его женой будет?
– А тебе-то что? Не твоя это уже забота. А она и так уже наказана. Его смерть ей счастья и утешения не принесла. Она же сыну не говорит, что повинна в смерти его отца. Из-за этого у неё теперь душа уж как сильно болит. Это пострашнее любой физической боли.
– А когда я вылечусь?
– Что ты заладила – когда да когда. Тебе какая разница?! Такое не прощается. Ты же, наверное, знаешь о бумеранге, что всегда возвращается туда, откуда прилетел? То-то же… Разве можно смерти другому желать? Ты что, выздороветь не хочешь?
– Хочу.
– Вот и думай о себе. Тебе надо только к этой женщине попасть. Рядышком с ней находиться.
– Но как я это сделаю? Ведь она – в коме, значит – в её палату не попасть.
– Ну, так вот и подумай об этом. Ты должна на протяжении месяца быть от неё не дальше пяти метров, хотя бы в течение трёх-четырёх часов в сутки. Эта женщина сейчас испускает от себя что-то вроде лечащих лучей, они именно тебе и нужны.
– Поняла, бабушка. Спасибо вам большое.
– Иди с Богом, – напутствовала меня пожилая женщина.
