Через несколько дней после отъезда с плато Наска мы с Сантой прибыли в Куско и сразу же отправились посмотреть на Кориканчу — величественный храм, посвященный Виракоче в доколумбову эпоху. Сама Кориканча, увы, давно исчезла, а вернее, была захоронена под слоями более поздних архитектурных сооружений. Тем не менее испанцы сохранили ее превосходный фундамент и нижнюю часть сказочно прочных стен и возвели на них свой колониальный собор грандиозных размеров.
Подходя к парадному входу в собор, я вспомнил, что некогда стоявший на этом месте инкский храм покрывало более 700 листов чистого золота (каждый из которых весил около двух килограммов) и что на просторном внутреннем дворе храма находилось «кукурузное поле», тоже изготовленное из золота. Я не мог удержаться от мысленного сравнения с храмом Соломона в далеком Иерусалиме, который, как принято считать, тоже был украшен листовым золотом и чудесным садом с золотыми деревьями.
Землетрясения в 1650 и 1950 годах причинили значительные разрушения испанскому собору Санто-Доминго, возведенному на месте храма Виракочи, и в обоих случаях приходилось перестраивать его. Но инкский фундамент и нижние стены пережили эти природные катаклизмы без повреждений благодаря своей характерной кладке с прочным соединением многоугольных блоков. Эти блоки и общий план помещения — почти все, что осталось от первоначальной структуры, если не считать восьмиугольного помоста из серого камня в центре просторного прямоугольного двора, некогда покрытой 55 килограммами золота. По обе стороны двора находились притворы инкского храма с такими совершенными архитектурными элементами, как конусообразные стены и резные ниши, высеченные из цельных гранитных блоков.
Мы отправились прогуляться по узким мощеным улочкам Куско. Оглядевшись вокруг, я осознал, что не только испанский собор наложен на более раннюю структуру; весь город производил двойственное впечатление. Вокруг меня возвышались просторные, обнесенные балконами дома в колониальном стиле и дворцы пастельных оттенков, но почти все они покоились на инкских фундаментах или содержали образцы такой же замечательной полигональной кладки, какая использовалась в Кориканче. В одной аллее под названием Атунрумийок я остановился, чтобы изучить затейливую, похожую на составную головоломку стенную кладку, состоящую из бесчисленных каменных блоков разного размера и формы, превосходно подогнанных друг к другу под разными углами без каких-либо следов раствора.
Изготовление отдельных блоков и их укладка в такую сложную композицию могла быть делом рук лишь опытнейших мастеров, отточивших свои навыки за столетия архитектурных экспериментов. На одном блоке я насчитал двенадцать углов только с одной стороны и, как ни старался, не смог просунуть даже тонкий листок бумаги между ним и соседними блоками.
В начале XVI века, когда испанцы еще не занялись всерьез уничтожением перуанской культуры, идол Виракочи стоял в святая святых храма Кориканча. Согласно тексту того времени под названием
Инки в XVI веке придерживались такого же мнения. Их легенды и религиозные верования наполняли такой уверенностью, что они сначала приняли белых бородатых испанцев, приплывших к их берегам, за полубожественных сородичей Виракочи, чье возвращение было давно обещано в пророчествах. Это несчастное совпадение обеспечило конкистадорам Писарро решающее стратегическое и психологическое преимущество, необходимое для преодоления численного превосходства инкских воинов в грядущих битвах.
Кто же стал прообразом Виракочи?
Во всех древних легендах народов Анд присутствует образ высокого человека, светлокожего и бородатого, окутанный покровом тайны. Хотя он был известен под разными именами во многих разных местах, в нем всегда можно было узнать Виракочу, «Пену Моря», знатока науки и волшебства, который владел ужасным оружием и пришел во времена хаоса, чтобы установить порядок в мире.
