Последовала дружескому совету, спустилась вниз, в магазин, и под честное слово продиктовала продавцу левые паспортные данные, придуманные на ходу, объяснив, что симка нужна срочно, а паспорт я с собой не взяла. Впрочем, ему было «фиолетово» – по бумагам всё правильно, деньги заплачены, а проверять кто будет?
Вставила новую карту и позвонила по таинственному номеру.
– Слушаю, – прозвучал тихий голос сестры.
– Оль, это я.
– С тобой всё в порядке?
Вот это да! Что такое произошло, что Ольга вдруг интересуется моим самочувствием?
– Относительно. Нам пришлось уйти из квартиры. Мы сняли на трое суток номер в мини-отеле.
– Кому это «нам»?
– Нам с Тимом. Помнишь Тима? Он наш сосед.
– А, это твой приятель, ещё с детского сада? Нам тоже пришлось уйти. Я за городом, и у нас всё в порядке. Относительно, – с нервным смешком скопировала сестра мой тон. – Нин… Нужно что-то решать со Знаком. Они не отстанут. Я знаю, ты упёрлась, но дело сейчас серьёзное. Слышишь? Приезжай, поговорим.
– Нет! – максимально чётко и решительно. Чтобы поняла. Чтобы почувствовала, насколько это важно. Но сестра, как всегда, слышала только себя.
– Что, прости? То есть как это – «нет»?!
– Да вот так это – нет! – вскипело что-то внутри. – Я не отдам кулон! Не сейчас! Он мне нужен.
– Ты что, не понимаешь?! Нас убьют! Это не шутки! И мне некогда заниматься твоими детскими капризами, потому что я…
– Это ты не понимаешь! – сорвалась я, отчаявшись достучаться до Ольги. – Его они убьют быстрее.
– Кого?
– Оль, я не могу больше говорить. Как освобожусь – позвоню.
– Ничего не понимаю. Кого «его»? Прекрати нести чушь и немедленно…
Я отключилась, не дослушав, что она там хотела мне приказать. Пообещала себе разобраться с этим позже. Когда смогу слушать её спокойно.
Тим шуршал по клавиатуре, напоминая пианиста, дорвавшегося до любимого инструмента. Судя по вперенному в монитор взгляду, выйдет он из технотворческого транса ещё не скоро. Я слонялась из угла в угол, как хищник в клетке, не зная, чем заняться. К счастью, минут через двадцать позвонил Васька, сообщил, что во вверенной ему больнице подозрительных пациентов не обнаружено. И мы принялись обсуждать план с участием его приятелей, работавших на скорой помощи. Пока в общих чертах. Потому что конкретные планы нужно строить «с учётом рельефа местности и расположения противника», а мы не знаем ни того, ни другого.
– Есть! – вдруг подскочил Тимка. – Частная американская клиника «Доктор Чудо». Александр Митёнок, двадцать шесть лет, якобы из Парачаевского района. Диагноз – «посттравматическая кома». В анамнезе – черепно-мозговая травма в результате падения. Доставлен на скорой с железнодорожного вокзала в шестнадцать тридцать четвёртого декабря. На настоящий момент динамики никакой. Кстати, за его лечение неплохо заплатили из администрации губернатора.
– Совпадает! Остаётся всё проверить, убедиться, что это он, и начать воплощать наш коварный план! – обрадовалась я.
– А у нас есть план? – приподнял брови Тимка.
– Э-э-э… Ну как бы… Скорее да, чем нет.
Тим выслушал мои невнятные сбивчивые пояснения и довольно хмыкнул:
– Значит, импровизация? Это я люблю!
Меня разбудил непривычный пьянящий аромат только что сваренного настоящего кофе. Открыв глаза, я поняла, что вожделенная чашечка стоит на прикроватной тумбочке. Ещё плохо соображая, потянулась за ней, но рука замерла в полёте.
– Ну, доброе утро, соня!
Рядом на постели сидел мой нахальный московский гость и улыбался.
– Было доброе, – проворчала я, натягивая одеяло на голову, – только что.
– Нечего! Вставай давай! У нас полно работы!
– Мне плевать! И вообще… Выметайся из моей комнаты!
– Ладно, – легко согласился он, – тогда мы уйдём вместе с кофе.
И он безжалостно забрал мою чашку с тумбочки. Пришлось подниматься, но сегодня почему-то это давалось с большим трудом. Может, от хронической усталости или от вчерашнего коньяка? Хотя что я там выпила?
По пути в гостиную я заглянула в ванную и умылась холодной водой в надежде прийти всё-таки в себя. Но фокус не удался. Голова по-прежнему раскалывалась, и двигаться всё также трудно.
Я бросила взгляд в зеркало и ужаснулась. Неужели я так выгляжу? Боже! Тёмные круги под глазами, цвет лица какой-то серый, а волосы за ночь креативно оформились во «взрыв на макаронной фабрике», как мы шутили в детстве с Ниной.
Нина… Почему-то при мысли о ней становится не по себе. Совершенно очевидно – что-то изменилось. Вот только ЧТО? И с КЕМ? Ничего не понятно, только сердце как-то сжимается не то от страха, не то от дурного предчувствия…
Рука автоматически взяла расчёску с полочки и провела по волосам. Я тупо таращилась на своё кислое отражение, как вдруг зеркальная поверхность пошла волнами и засветилась. Расчёска грохнулась на плиточный пол, а я почему-то не могла пошевелиться. Из зеркального нутра вынырнула странная рожа с красными глазами. Этот жуткого вида мужик как-то зловеще оскалился и ринулся вперёд со словами:
– Ладно, на худой конец и ты сойдёшь!
