Возвращение домой из далекого и опасного острова в родную гавань приносит путешественникам долгожданную радость, но не надолго. Местные поглощены приготовлениями к грядущим событиям, им не до вернувшихся беглецов. На планете все сильнее ощущается напряжение. Воздух буквально пропитан запахом неизбежной войны. В космопорт массово прибывают войска Альянса якобы в качестве свиты Гросс-Хана. С ними доставляют заключенного. Готовится показательная казнь того, кто в самое сложное время для местных совершил невозможное и стал героем и легендой. Смогут ли локалы побороть свой страх, вступить в неравную схватку с Альянсом с элитой Гросс-Хана, переломить ход истории и вернуть того, кто им дорог? Смогут ли они отстоять право на существование, на собственный уклад и культуру, собственный путь? Какова истинная цена этого выбора, цена обретения?
Три ударных крейсера класса «Галеон» выскочили из ВК где-то на высокой орбите гиганта Холотерии и направились в сторону единственного спутника по имени «Парпланд». Спустя несколько минут из очередной весьма большой и яркой вспышки света в темном пространстве космоса возник огромный звездный крейсер «Галактикон». Он, подобный 4-конечной звезде или гигантскому спруту, неспешно по космическим меркам направился в сторону единственной колонизированной планеты-спутника, находящейся в нескольких миллионах километрах. На орбите Парпланда прибытие огромного сверхтяжелого 400-тысячетонного 1.5-километрового ударного крейсера Альянса 1-й звездной эскадры с самим Гросс-Ханом на борту встречали еще на подлете. Корветы выстроились в виде вытянутой с одной стороны 4-конечной звезды. Космокатеры и тяжелые файтеры окружили их, выстроившись в виде звезд поменьше на ее концах. Со стороны приближающегося «Галактикона» и его свиты из 3-х «Галеонов» построение встречающих кораблей походило на огромную эмблему Преторианского Альянса в виде 4-конечной звезды, у каждой из концов которой располагалось несколько звездочек поменьше.
Большой тронный зал на орбитальной маневровой станции Альянса «Махаттан-Джарус» был распечатан. Такое случилось впервые за почти 2 месячных цикла с момента ввода ее в эксплуатацию. Большая особа требовала большого внимания к себе и такого же большого помещения. И хоть сам Гросс-Хан Дариус и не был каким-то выдающимся в размерах, его статус первого лица крупнейшего в Галактике межзвёздного государственного образования обязывал занимать площадь никак не меньше зала, по большему из-за личной охраны, подавляющую часть который составлял сводный полк в лице лучших-из-лучших среди «Имморталов», черных «рыцарей» в силовых доспехах. Но были и другие, более приближенные к телу его мудрейшества, так называемые воины-саиты, облаченные в плазменные доспехи. Темный зал именно от них залился неким потусторонним чуть слышно гудящим вибрирующим светом. Сами крупные 2.5-метровые ростом, если не выше, воины были будто невидимые в своих облачениях, излучающие лишь ореолы свечения и словно пустые внутри. Хотя, правды ради, они не выглядели пустыми, если присмотреться. Где-то в центре груди их массивного торса теплился язычок маленького белого огонька, как бы за стеклом. Именно этот так называемый «белый огонь», снабжал их похожие на равномерную тонкую чуть светящуюся паутину силовые костюмы энергией. Они, воины-саиты, быстро обошли просторный зал по кругу. Каждый занял свое место, будто знал заранее. Затем в помещение зашел и Гросс-Хан в компании своего помощника-визиря в окружении еще 4-х таких же «невидимок», но поменьше ростом и с более мягкой женской фигурой. Повелитель Альянса занял высокий трон на подиуме. Его облачение, «расшитое» очень дорогими и редкими минералами и сплавами, выглядело дорого и роскошно. Лицо скрывала маска.
Акиль вошел в зал в сопровождении своих помощников. Из свиты визиря, не спросив ни у кого разрешения, сразу же откололся мальчик лет 8-и или 9-и. Он быстро оббежал застывших стражников, не успевших или не желавших среагировать, нырнул прямо между женщинами-саитами в орбиту Гросс-Хана и, взобравшись на подиум, обнял его за талию, как родного отца. Гросс-Хан по-доброму похлопал мальчика по щеке и погладил по голове, оставив у своего трона по левую руку, потому что по правую с ним был сам Абассид Везвун, верховный визир и ближайший помощник в делах.
На короткое время случилась неловкая пауза. Сам Акиль явно не ожидал такой прыти от пацана-провидца в сторону Гросс-Хана. Сопровождающий его «Док» лишь виновато потупил взор, разводя руками, но несильно, чтобы не попасться на глаза в нелепой позе самому Дариусу или кому-то из его свиты. Акиль лишь махнул рукой, поняв, что данный ход важному и большому гостю внезапно очень даже понравился. В итоге, выказав знаки почтения Гросс-Хану согласно этикету, все, кто был из сопровождения Акиля, почти сразу же удалились. Теперь визирь остался перед Дариусом и его свитой в одиночестве. Ему подобное было привычно, но все равно немного трепетно. Он уверенно шел по карьере с целью когда-то обрасти нужными связями и влиянием, чтобы войти в пул великих визирей, среди которых на 12 годичных циклов и выбирался будущий Гросс-Хан. Акиль даже имя себе придумал уже на случай избрания: «Акилиус Бесстрашный».
– Мои советники ознакомились с твоим планом решения парпландского вопроса, уважаемый Акиль, – обратился Дариус к нему лично через свой нейро-линк, – и нашли его весьма любопытным, хоть и затратным.