Время от времени, Триша крутила головой. Она пыталась заснуть, но стоило лишь задремать, как ноги ослабевали, а руки пронзала боль от распределения на них всего веса.
Время ползло медленно.
Из леса донесся какой-то шум. Билл тут же проснулся, перекатился на живот и навел дуло пистолета в сторону шелеста.
Триша в шоке уставилась на Билла. В лесу, с дерева слетела птица. Мужчина вздохнул, перекатился обратно на спину и вперил в Тришу взгляд.
– У меня чуткий сон. Дыши по тише. Мне надоел звук твоего дыхания, – Билл вновь закрыл глаза и положил пистолет себе на грудь.
На самом деле он не спит. Триша смотрела на грудь мужчины, как она спокойно вздымалась и опускалась.
Звук, который издала птица, был настолько тих, что Триша едва его расслышала, но Билл дернулся, будто что-то свалилось на него. Он даже направил пистолет в нужную сторону. Если он симулирует сон, то узнает о любом звуке, что издаст Триша.
Теплившаяся надежда на спасение угасла. Лучше, если бы с ней остался Том.
Парень, таращившийся на ее грудь, казался лучше, чем тот, который привязал ее к дереву в неудобном положении.
Тришу очнулась от боли и застонала. Она практически висела на запястьях, что причиняло жуткую боль. Триша старалась не зарыдать.
Она оперлась на ноги, распределяя вес и встала на цыпочки. Напряжение в запястьях ослабло, позволяя крови вновь циркулировать по рукам. Триша взглянула на небо. Она была привязана к дереву большую половину дня.
Солнце уже клонилось к горизонту. Триша посмотрела на мужчину, лежавшего на земле и увидела, что тот смотрит на нее.
Триша не могла сказать точно, но кажется его взгляд был сфокусирован на ее животе.
– Ты проснулся, – тихо заметила она. – Могу я теперь сесть? Пожалуйста?
Мужчина сел и хмурым взглядом смотрел ей в лицо, пока не положил пистолет на землю рядом со спальником и поднялся на ноги. Потом он отошёл к палатке.
Триша вновь подняла взгляд к небу. Ублюдок. Он должен понимать, что ей больно и неудобно.
И ей опять нужно в туалет. Триша услышала, как Билл вернулся и метнула взгляд на рацию, которую он держал в руке.
– Это Билл, приём, – заговорил он. – База?
– Привет, Билл, – донесся мужской голос из маленького динамика. – Докладывай.
– Мы их еще не нашли, – Билл посмотрел на Тришу и приложил палец к губам, чтобы она сохраняла молчание. – Мы в двадцать втором квадрате, кому-нибудь повезло?
– Пока нет, – голос звучал со статическими помехами. – Ты в самой дальней точке.
– Других парней нет в радиусе?
– Неа. Только ты. Как Том, он связывался с тобой?
– Он обделался. Парень еще зеленый. Свяжемся и отчитаемся утром. Конец связи, – и Билл отключил рацию.
– Они еще не нашли твоего дружка-звереныша, – он бросил рацию на подушку. – Я отдохнул и теперь готов к действию. Хотел убедиться, что в этом районе никого нет и теперь уверен, что здесь мы одни.
У Триши скрутило желудок и она сглотнула. То, как это было сказано и его взгляд, брошенный на её тело, не внушало покоя. Билл медленно поднимал похотливый взгляд, пока не встретился с ее испуганным.
– Ты симпатичная женщина. Одна из тех мягкосердечных сучек, защищающих права животных? Нравятся зверушки, малышка? – опустив руку, он расстегнул свой ремень, не отводя взгляда от девушки. – Я не хотел оставлять тебя с Томом, потому что парень не знает, что делать с женщиной.
– Боже, – простонала Триша, наблюдая, как Билл вытащил ремень из петель брюк и зажал пряжку в руке. Ее взгляд вновь встретился с его. – Чтобы ты там не придумал, прошу не делай этого.
– Заткнись или я заткну тебя этим ремнем. Ненавижу когда кричат. Поняла? Тебе не нужен будет язык, чтобы помочь Пэту, когда Том притащит его тупую задницу сюда. Он идиот и, думаю, у нас в запасе несколько часов до его возвращения. Том не в состоянии отыскать собственный зад, пока его не ткнут в нее носом. Я отрежу твой язык, если закричишь, – Билл бросил ремень на спальник и наклонился.
Вытащил длинный охотничий нож из правого ботинка, посмотрел на него и пальцем проверил остриё лезвия.
С другой стороны ножа лезвия, длиной примерно в десять дюймов, оказалось зазубренным. Триша в ужасе смотрела на нож. Билл поднял голову и холодно улыбнулся.
– Скажи, что ты мягкосердечная сука, слабоумная зоозащитница. Просто произнеси это.
Триша в страхе задрожала. Открыла рот, но не издала ни звука. Она сильно дергала руки, но бонданы крепко удерживали запястья. Девушка попыталась отступить назад, но уперлась в ствол дерева.
– Говори "Я мягкосердечная сука и идиотка, люблю животных", – тихо потребовал Билл. – Прямо сейчас.
– Я мягкосердечная сука и идиотка, люблю животных, – прошептала Триша.
На его губах появилась улыбка.
– Хорошая девочка.
Ублюдок сделал шаг вперед, сжимая в кулаке охотничий нож. Он протянув руку, схватил пояс ее брюк и поднял голову.
– Сними ботинки.
– Для этого мне понадобятся руки, – солгала она, дрожащим голосом.
– Сними их или… – он поднес нож ближе, коснулся кончиком лезвия груди и опустил его к точке под соском.
– Думаю, что могу воткнуть его на три дюйма прежде, чем достигну кости.
