– А знаешь, в смертельной опасности каждый может обряд крещения провести. Смертельная опасность была?
Арлетта вздрогнула, вспоминая.
– Была.
– Вот видишь. И воды там было сколько угодно. Ну а сказал, может, не всё или чего неправильно, так это пусть отец Антон разбирает. Всё! В Стрелицы.
– Эй, вы что, – послышался возмущённый голос красотки в белом, – а платье? Целый месяц шили-вышивали! А церемония? Договаривались же в Сенежском соборе, в присутствии первых лиц княжества! А бал, в конце концов?!
– Ни за что! – пискнула перепуганная Арлетта.
– И вообще, она ему не подходит!
– Оставь их в покое, – прикрикнула строгая девица, – а то хуже будет.
– Будет, – подтвердил Варка.
В небе грохнуло, сорвалась пара капель, а потом в землю ударил могучий весенний дождь. Арлетта, которую неумолимо тащили куда-то, видимо венчаться, оглянулась, пытаясь вырваться. Светловолосый крайн стоял под деревом, запрокинув голову, подставив лицо летящим каплям, и смеялся легко и искренне, будто сбросил с плеч тяжкий давящий груз.
Кавалер по особым поручениям Карлус фюр Лехтенберг ехал не торопясь. Дорога была недурна и с приближением к границам княжества Сенежского становилась всё лучше. Сопровождение кавалера откровенно расслабилось. Разбойных людей в этих краях извели давно и надёжно. Это немного утешало. Провести в пути три недели из-за какого-то загадочного письма – удовольствие небольшое. Письмо его величеству принёс стремительный горный сокол из тех, что в Остерберге сроду не водились. Влетел в окно, потоптался на важных бумагах, вытянул шею с укреплённым на ней изящным футляром из тонкого серебряного листа. Лишившись украшения, которое его величество снял собственноручно, птичка-посланец поспешно удалилась, скогтив по пути ленивого голубя.
