Появление неизвестного животного, жестокая смерть Боровикова, стоявшая в бухте на карантине невесть откуда взявшаяся американская лодка – от всех этих навалившихся разом напастей путались мысли и опускались руки. С чего начинать, за что браться? Проклятая эпоха после войны не хотела оставлять человека в покое.
Еще немного постояв, пришедшие на похороны стали расходиться. У могилы осталась только рыдающая Лиза, на коленях мявшая свежую землю скрюченными пальцами, и родители ее и Боровикова. Мигель задержался, чтобы поговорить с ними, а Лера, кутаясь в платок, побрела домой, чувствуя вновь подступающие слезы.
Батон не закончил фразу, но фермеры уже восприняли ее в штыки. Повскакивали, замахали, заспорили, опрокинули пару стульев. Кого-то потеснили к стене. Мигом загустел воздух, напитался бранью и потом.
– Вы хоть понимаете, о чем говорите? Зима у нас тут! Зи-ма! Каждая голова наперечет. Только-только новый помет народился. Их, что ли?
– Как вариант, – новый взрыв негодования.
– Вариант? А если тех незваных на берег спустят, их же тоже, наверное, кормить надо будет? Пожаловали рты лишние, горя не знали. На нас тут что, мир клином сошелся, что ли?!
– Мы, как видите, свое отрабатываем, – гаркнул Тарас. – И в бутылку не лезем.
– Вы другое дело, – тихо сказал какой-то старичок.
– Другое не другое. Решается там еще.
– Решается. Вот они на приманку пусть и идут.
– А если трупы, – заикнулся кто-то, но тут же заткнул рот под недобрыми взглядами окружающих. Разрывать могилы, а тем более родственников ни у кого и в мыслях не было. Кто-то коротко помолился.
– Они люди, – сжав кулаки, проскрипел зубами Тарас.
– Вы сами Кристину месяц назад погребли? Идти откапывать хочешь? Держи совочек, с мамочкой сейчас повидаешься, так? Как она там, не скучает? У тебя с головой все в порядке?
– Я предложил.
– Вот и иди, пока по шее не надавали. Лопаты в сарае. Только душу чем потом стирать будешь?
– Как всегда.
– Заткнитесь вы!
– Сам заглохни! Ты когда последний раз самостоятельно до колодца дойти мог?
– Такой вариант был, – слушая перепалки, перебирал варианты Батон. – Но возле кладбища ни ям, ни других признаков существа замечено не было.
– Пока, – ввернул кто-то.
– Если бы хотел, давно бы там пошуровал уже. Нет. Нужна свежатина, не слишком много, но и не так мало. По две-три головы с надела.
– Допустим, и дальше что, – раздраженно повысил голос начальник сельского хозяйства.
– Забить, освежевать, сделать большую кучу…
– И катать по деревне как перекати-поле, а дети пускай палочками помогают? Русский, ты пьян?
– Перетянуть шпагатом, – продолжал думать Батон. – А потом…
– Что потом? – устав ждать, заторопили фермеры. – Гулянку с шашлыком устроить? С дозиметрами ходить? Так на всех не хватит. Да и радиоактивное оно вообще? Пир во время чумы? Мысли кончились, умник? Так и не лезь. Сами как-нибудь…
– Сами вы не сможете.
– И чего это? – вызывающе поднялся детина-сыровар, хозяин мельницы. – Туши резать, веревки мотать… У нас и оружие имеется.
– Много ты навоюешь, против кого?..
– Я сказал! – неожиданно крикнул Батон, хватив кулаком по столу.
– Вяленое подойдет? – без надежды в голосе предложил коптильщик.
– Только свежее. С кровью. Много крови. Чем больше, тем лучше. Сделайте для начала так. – Он исподлобья переглянулся с начальником сельского хозяйства. – Остальное – моя работа. Если у кого другие варианты поинтересней да позаковыристей, милости прошу.
Собравшиеся ремесленники молчали, кто-то старательно отводил глаза.
– У меня все. – Батон тяжело встал и направился к двери, накинув куртку. – Доложите, как будет готово.
Вечерело. Далекое алое зарево окрасилось темно-фиолетовыми изгибами облаков. С другой стороны небосвода на Фареры наступала ночь.
Когда в очереди перед Лерой оставалось всего несколько человек, послышалось треньканье звоночка и во двор мельницы вкатился Юрик, оседлавший старенький велосипед с корзинкой на руле. Раньше он оснащался электроприводом, но счастливый мальчишка с таким азартом крутил педали, что мог бы сам выступать в качестве источника питания для батарей, если бы их однажды не сняли.
– Опять круги наматывал? – улыбнулась Лера, перехватывая свою корзинку и поправляя платок. – Здесь же нельзя, вдруг патруль увидит.
Стоило мальчишке не без помощи кузнеца обзавестись новым развлечением, он без устали колесил по окрестностям, оглашая воздух писками своего звоночка. Правда, ввиду последних событий к разочарованию всей детворы игры на свежем воздухе пришлось сократить и перенести в надводные хранилища.
– Не-а. Они у Нильсена в кабаке мордобой разнимают. – Юрик прислонил велик к ограде. – Чё дают?
– Как обычно, – пожала плечами девушка. – Сыр, выпечку.
– Ясно.
– Мама послала?
– Ага. Запеканку полдня обещает и вот спохватилась, что сыра нет.
– Бывает. У нее тоже дел полно… – улыбнулась Лера и замолчала, уловив в глазах паренька что-то новое.
– Что?
– Ты изменилась.
– В каком смысле?
– Нет, нет, – заторопился паренек. – Ты красивая, прикольная, друзья и все такое…
– Но?
