Это могло продолжаться без конца. Юрий с грустью посмотрел в окно. Уже вечерело, голова у него клонилась на грудь от усталости. Неужто снова промаринует, как в прошлый раз, до глубокой ночи?..
Однако в этот самый момент кто-то весьма по-хозяйски распахнул дверь. Юрий вскинул голову и увидел не кого иного, как генерала Н. Н. Николаева.
– Почему без стука? – не вставая, весьма грубо спросил капитан Кривцов. – И вообще – кто такой? – Люди из его ведомства не робели перед генералами, скорее наоборот, те робели и заискивали перед ними.
Вот когда он подскочил – это когда генерал показал ему красную корочку с тремя золотистыми буквами: ГРУ. Перед этим ведомством, как известно, даже всесильный нарком Меркулов не больно распоясывался. Да что там! Сам генеральный комиссар государственной безопасности Лаврентий Павлович Берия относился с должным уважением.
– Здравия желаю, товарищ генерал-майор! – гаркнул Кривцов, вытянувшись и отдавая честь.
Не тратясь на приветствия, генерал Николаев сказал негромко, но властно:
– Гражданин Варфоломеев сейчас поедет со мной.
– Так точно, товарищ генерал-майор!..
Когда на генеральском ЗИСе приехали домой и уселись пить чай, генерал Николаев, до этого всю дорогу молчавший, спросил:
– Ну как там, Тайный Суд все еще действует?
Все четверо, не вдаваясь в объяснения, молча покачали головами. С началом войны даже Полина с Викентием, не говоря уж о Юрии и Кате, охладели к Тайному Суду, вся эта деятельность как-то сразу вдруг показалась им всем детской забавой по сравнению с громыхавшей войной, до которой их всех, увы, пока что не допускали.
– Вижу, забыли про него совсем, – вздохнул генерал. – Что ж, понимаю… – И неожиданно добавил: – Однако обстоятельства сложились так, что придется вам о нем вспомнить.
Четыре пары глаз уставились на него.
– То есть,
– «Подальше» – это куда, на фронт? – спросил Викентий.
Николаев промолчал.
– Небось на
Снова ответом было молчание.
– А мы?.. – хором произнесли Полина и Викентий. Это был почти стон.
– Остаетесь здесь, – сурово приказал генерал. Вид у бедолаг был весьма жалкий, поэтому он добавил, чтобы немного их обнадежить: – До особых распоряжений.
– А они будут, эти распоряжения? – отважился спросить Викентий, но генерал Николаев так на него посмотрел, что тот больше уже ни о чем не спрашивал, только сопел угрюмо.
Генерал тем временем вышел на крыльцо, подозвал своего шофера и дал ему какое-то распоряжение.
Машина тут же отъехала и уже через десять минут привезла капитана Кривцова собственной персоной.
Войдя в комнату, капитан снова, как там, в собственном кабинете, встал перед генералом навытяжку. Было видно, что такая стойка для него, капитана государственной безопасности, весьма унизительна, поэтому в те секунды, когда не ел генерала глазами, он бросал недобрые взгляды на остальных четверых.
– Значит, так, капитан, – сказал ему генерал, – этих двоих, – он указал на Полину и Викентия, – чтобы больше не трогал ни ты, ни твои орлы. Хорошо понял?
– Так точно, понял, товарищ генерал-майор! – «Ох, не простые оказались ребята, ох не простые!» – Может, помощь какая нужна? Чтоб никто тут не забижал.
Но генерал на это ответил:
– Обойдутся, сами за себя сумеют постоять, – чем хоть немного прибавил приунывшим Полине и Викентию уважения к самим себе.
– А с этими как? – отважился спросить капитан, кивнув в сторону Юрия и Кати. Этих вроде бы оставлять в покое не было велено. Глядишь, генерал еще и разобраться с ними велит.
Генерал, однако, сказал:
– Эти – вовсе теперь не твоя забота, я забираю их с собой. Свободен.
– Есть, товарищ генерал-майор! – и Кривцов удалился строевым шагом, с каменным лицом, чтобы никто не угадал, о чем он в эту минуту думал.
Ибо думал он в эту минуту о том, что – ох, когда-нибудь еще попадутся ему эти все вместе с их норовистым генералом!
Уже когда ехали на машине в Москву, Катя сказала Николаеву:
– А ведь вы даже не спросили, согласны ли мы.
– А вы что же, не согласны?
– Да нет, мы согласны, конечно же, – не задумываясь, ответила она.
Николаев чуть улыбнулся:
– Вот потому-то и не спросил. Зачем тратить время на вопросы, если заранее знаешь ответ?
Время, видимо, действительно было очень дорого. Когда их ЗИС домчался до перекрестка дорог, девушка-регулировщица замахала им флажком, приказывая остановиться, поскольку по другой дороге уж приближалась к перекрестку длинная колонна машин с солдатами в кузовах и с прицепленными сзади пушками. Судя по направлению, колонна двигалась в сторону фронта. Однако их водитель с капитанскими шпалами в петлицах вышел из ЗИСа, показал девушке свое красное удостоверение, что-то ей сказал, и она замахала флажком уже в сторону колонны, чтобы та их пропустила.
