В тот день, ближе к вечеру, после легкого обеда с глотком превратившегося в драгоценность вина, на горизонте появилось черное пятно, которое быстро приближалось. Однако, убаюканные долгой, однообразной дорогой путешественники слишком поздно обратили внимание на это странное явление. Когда Фило наконец всмотрелся в ту сторону как следует, пятно уже превратилось в отряд из двух десятков человек. Все они были худыми, невысокими и очень бледными, на каждом был надет длинный ветхий плащ бурого цвета и облегающая шапочка из вытертой замши. Незнакомцы, как сначала показалось Слепцу, для передвижения пользовались волшебством: без помощи коней или каких-то иных скакунов, они двигались гораздо быстрее обычных пешеходов. А ведь кроме того, шли они по глубоким сугробам! Путники успели подняться на ноги и собрать свои пожитки, когда отряд приблизился к ним на полсотни шагов. Сбежать нечего было пытаться: незнакомцы явно двигались шустрее уставших коней, которые по снегу брели не намного быстрее людей. Не приходилось сомневаться, что люди в плащах идут сюда с целью перехватить путников, поэтому Слепец решил выйти им навстречу и первым начать разговор.
Когда он взошел на вершину крошечного холмика, незнакомцы растекались в длинную, редкую цепь, чтобы охватить маленький лагерь путешественников. Это не сулило ничего доброго. Тут Слепец разглядел, что к ногам людей приделаны длинные плоские досточки, на которых они ловко и очень быстро скользили по насту. Значит, все объясняется безо всякого волшебства! Только от этого не легче… Два с лишним десятка недружелюбных воинов, сжимающих в руках длинные дротики - это тебе не накрытый стол! Незнакомцы приблизились на дюжину шагов, готовясь в любой момент бросить оружие в цель. Слепец поднял вверх руки, которые он предусмотрительно обмотал тряпками, и шагнул вперед, намереваясь заговорить с человеком, которого он посчитал главным. Но он не успел сказать ни слова: справа и слева раздались крики друзей. Слепец в отчаянии завертелся, пытаясь рассмотреть, что там происходит. Оказалось, что крайние незнакомцы сняли с ног свои палки и бросились со всех ног к Фило и Морину. Ни тот, ни другой не успели оказать сопротивления, так внезапно все произошло. Люди в бурых плащах ловко кололи жертв в шею чем-то вроде щепочек. Концы щепочек, судя по всему, были смазаны сильным ядом, так как оба спутников Слепца мгновенно упали наземь. Он сам зарычал от безысходной ярости, и решил подороже продать свою жизнь. Он ухватил рукоять меча, однако подкравшийся сзади злодей ткнул в шею его самого. В глазах потемнело, и Слепец почувствовал, что земля уходит из-под ног…
Он очнулся в вонючей полутьме и немедленно закашлялся оттого, что кисло-приторный воздух встал комом у него в горле. Лежал он на какой-то влажной, колючей массе. Ноги потеряли чувствительность от долгого лежания в неудобном положении, и теперь, по мере того, как они приходили в порядок, боль наносила им десятки мелких, легких уколов. С трудом усевшись, Слепец осторожно пошевелил конечностями, чтобы кровь бежала в них еще быстрее: скоро боль окончательно исчезла. Тогда он огляделся: справа и слева во тьме можно было угадать грубые швы на сложенных из каменных блоков стенах. Судя по высоте потолка - а он вряд ли дал бы встать во весь рост, это сарай или даже подвал. Стены покрывали крупные капли воды и бороды плесени, а из стыков между блоками торчали комья застывшего раствора - скорее всего, перемешанный с глиной мох. Крышей служили как попало оструганные доски, кривые и сырые. Между ними оставались большие щели, забитые землей, из которой вниз свисали корни трав, сухие и безжизненные. В наполненной гнилостными испарениями полутьме (тусклый, серый свет проникал внутрь двумя крошечными лучиками через пару не заделанных как следует щелей в крыше), на ворохах мокрой травы лежало несколько черных куч. Одна в стороне, четыре других рядышком, причем три как бы окружали последнюю. Присмотревшись, Слепец понял, что эта, четвертая куча - человек, сидящий на полу и опирающийся спиной о стену. Остальные кучи тоже были лежащими ничком людьми в теплых одеждах. Еще через некоторое время Слепец узнал в сидящем у стены человеке Морина. Тот тоже заметил своего товарища, и призывно взмахнул рукой. Кряхтя от тупой боли во всем теле - видно, не до конца еще отошел - Слепец на корточках подобрался ближе. Трое незнакомых людей подвинулись, давая ему место для лежки. Это были осунувшиеся, грязные, до глаз заросшие нечесаными пегими бородами мужчины средних лет, с украшенными множеством колтунов и клочками мха шевелюрами. Несмотря на такие дикие рожи, одежда на них оказалась приличной: толстые и ладно сшитые кожаные куртки с меховыми изнанками, шерстяные штаны и унты выше колен. Три пары лихорадочно блестевших глаз впились в лицо Слепца, словно тот должен был сделать для них нечто чудесное.
Отвечая на эти странные взгляды, Слепец сурово спросил Приставалу:
– Кто эти дикари?
