Резкий шорох, донесшийся с неба, вывел Слепца из забытья. Сквозь туман и остатки облачности виднелись размытые пламенные хвосты, что тянулись за пролетавшими по дуговым траекториям огненными шарами. Они падали на город.
– Что это? - спросил Слепец, хотя ответ и сам пришел ему в голову.
– Небесный огонь, - прошептал Даргрин сквозь сжатые зубы. - Ты этого до сих пор не видел? Проклятый Огневержец мечет его, чтобы сломить мужество горожан. Уничтожает без разбору все, что попадет под обстрел - дома, сады, людей.
Выходило так, будто Клозерг откликнулся на мысли Слепца. Хотя все это скорее всего было совпадением, ибо огненные шары летели в Скалгер чуть ли не каждое второе утро. Однако Слепца переполнила ярость, рожденная этим очередным свидетельством разрушительного начала, таящегося внутри брата. Он сидит сейчас далеко в тылу, за надежными стенами, прикрытый легионами свирепых воинов, и бросается смертью в беззащитных людей! Словно беспечный мальчишка, ради развлечения давящий муравьев. Тем неожиданнее и больнее для него будет вдруг оказаться по пояс в воде, злорадно подумал Слепец. Он порывисто сжал свой Талисман и набрал в грудь побольше воздуха, будто собирался отдавать приказы Воинам воды вслух. В глазах у него резко потемнело, и тьма немедленно покрылась серебристой рябью. Мириады крошечных точек приплясывали от нетерпения, изо всех сил желая броситься в атаку. Они сновали по земле, они пронзали воздух, играя друг с другом и кружась в сложном танце, они кишели справа, сбившись в плотную, огромную толпу в русле Богера. Далеко впереди неисчислимая орда составляла большое Хагмонское озеро. Слепец одновременно мог быть и там, и здесь. Он разом видел все поле боя от края до края, каждого солдата обеих армий, которых он при желании сумел бы пересчитать. Воины Воды отдавали ему свое волшебное зрение также, как они отдавали свою преданность. Враг тоже готовился к сражению, но не подозревал, что оно уже началось.
И тогда Слепец повелел своим крошечным солдатам наступать. Воды Богера выплеснулись на берега и, бурля, покатились от них прочь. Туман резко приподнялся над лугами, а потом уплотнился, превращаясь в черные, тяжелые тучи. Плотные струи, гораздо более мощные, чем в самый сильный ливень, пролились на землю… Поверхность Хагмонского озера, до того покрытая беспокойной рябью, в тысяче шагов от берега, на самой середине, вдруг вспучилась огромным бугром. Он рос и рос, до тех пор, пока не достиг высоты десяти человеческих ростов. Став волной с круглым гребнем, бугор с громким шуршанием покатил к берегу и обрушился на него со всей своей силой. Затопляя лес, срывая деревца послабее и унося с собой горы мусора, волна не сбавляя хода пошла на юго-запад. Скоро огромные пространства все же поглотили ее порыв, заставив растекаться тонким слоем и умирать, впитываясь в сухую почву, но тут сзади подоспела вторая волна, а когда выдохлась и она - явилась третья. Воды Богера, катящиеся ровным, грязным потоком, изо всех сил стремились достигнуть накрийской дороги. Постепенно поднимающаяся кверху местность гасила натиск воды, заставляя ее прибывать все медленнее. Рощи тоже препятствовали бурному натиску, за что платили поваленными стволами и вымытыми вместе с корнями кустами. Множество животных, сбитых с толку внезапным половодьем, метались по лугам, натыкаясь друг на друга и врываясь в солдатские лагеря.
Паника охватила огромное войско захватчиков со всех концов. Первый удар рычащих волн пришелся на тыловые обозы - стойбища повозок у Богера-Нижнего разом превратились пелену несомых водой деревянных обломков; множество барахтающихся в пенном потоке коней, дико вопящих от страха людей и Волшебных Зверей пытались бороться за свои жизни с разбушевавшейся стихией. Визжащие Свиньи, жалобно ревущие Быки и испуганно блеющие Бараны старались забраться на дома и сараи, но вода захлестывала их, бросала друг на друга и утягивала в свои бурлящие глубины.
С холма люди мало что могли увидеть - до тех пор, пока мутные потоки не хлынули на луга прямо перед ними, в нескольких сотнях шагов от линии укреплений. Было видно, как ярится рукотворная стихия, как мечутся в ужасе и исчезают за ее наплывом крошечные фигурки неприятельских солдат. Один только Слепец мог в подробностях разглядеть любое место, любой участок гигантской катастрофы. Он видел, что густой Треальский лес сильно мешал наступлению волн. Множество Волшебных Зверей, проникших в чащобу для того, чтобы просочиться поближе к Скалгеру, утонули или были убиты жуткими по силе ударами, когда волны бросали их неуклюжие тела на деревья. Однако, основные силы находились рядом с южными опушками и до них вода до сих пор не добралась. Вдоль Богера почти все отряды, вступившие на Лазусские луга, перестали существовать. Вода спешила дальше и скоро должна была достичь окружающих луга холмов, чтобы утопить там весь левый фланг врага… Далеко в тылу половодье затопило улицы Богера-Нижнего, уничтожив все запасы вражеской армии.
