– Я думала, это уже кончилось. Когда ты все разбиваешь. – Тон не обвинительный, просто удивленный.
– Я облокотилась на стекло, – в очередной раз повторила Тесс. Потом, очевидно, почувствовала скептицизм Маргерит, вздохнула и негромко добавила: – Она застала меня врасплох.
– Зеркальная Девочка?
Кивок.
– Сейчас она часто приходит?
– Нет, – сказала Тесс. – Довольно редко. Потому и застала врасплох.
– Ты помнишь, что сказал доктор Лейнстер в Кросс- бэнке?
– Зеркальная Девочка не настоящая. Вроде как часть меня, которую я не хочу видеть.
– Ты думаешь, он прав?
Тесс пожала плечами:
– Ну а что же ты сама думаешь?
– Я думаю, если я не хочу ее видеть, почему тогда она приходит?
Резонный вопрос, подумала Маргерит.
– Она все еще похожа на тебя?
– Точь-в-точь.
– Тогда откуда ты узнаешь, что это она?
Тесс пожала плечами:
– По глазам.
– А что у нее не так с глазами?
– Слишком большие.
– И что же она хочет, Тесс?
В надежде, что дочь не услышит в ее голосе чуть истерическую нотку. Не почувствует, что у нее комок в горле.
– По-моему, она хочет от меня внимания.
– Какого внимания, Тесс? Внимания к ней?
– Нет, не просто к ней. Ко всему. И все время.
– Ты помнишь, чему тебя учил доктор Лейнстер?
– Не беспокоиться. Дождаться, пока она уйдет.
– Помогает?
– Вроде того. Но иногда я забываю.
Доктор Лейнстер сказал Маргерит, что симптомы Тесс не соответствуют той разновидности систематических галлюцинаций, которая может указывать на шизофрению. Нет ни резких перепадов настроения, ни агрессии, девочка хорошо ориентируется во времени и пространстве, в пределах нормы развита эмоционально, в должной степени осознает свою проблему, очевидного нейрохимического дисбаланса не обнаружено. Короче, всякая психиатрическая галиматья, которую в конечном итоге можно свести к последнему вынесенному доктором Лейнстером вердикту: «Пройдет».
Вот только доктору Лейнстеру не довелось стирать окровавленную пижаму.
Маргерит снова перевела взгляд на тетрадь – свидетельство занятий противозаконным сочинительством. Пока отстает от событий: скажем, ни слова о руинах на Восточной дороге… Впрочем, на сегодня хватит.
На кухне еще горел свет. Крис жевал ржаной тост и листал сентябрьский выпуск «Астрогеологического вестника», откинувшись на одном стуле и вытянув ноги на другой.
– Спустилась выпить глоточек перед сном, – сказала ему Маргерит. – Не обращайте внимания.
Апельсиновый сок и немного водки, средство, обычно помогающее, если не спится. Как, например, сейчас. Она взяла себе третий стул и вытянула ноги в шлепанцах на тот же, что и Крис.
– Много сегодня работы?
– Еще раз встретился в Глазной Впадине с Чарли Гроганом, – ответил Крис.
– И как Чарли ко всему относится?
– К осаде? Она его особенно не волнует, хотя он и жалуется, что Бумера теперь приходится кормить фаршем. Собачьего корма с грузовиком не присылают. Больше его беспокоит Око.
– А что с ним не так?
– Пока я там был, у них вновь произошла цепочка технических сбоев.
– В самом деле? В отчетах я ничего не видела.
– Чарли говорит, это просто обычные мелкие глюки, только они стали случаться слишком часто – напряжение скачет, устройства ввода-вывода поизносились. По-моему, на самом деле его гложет перспектива того, что кто-нибудь решит отключить электричество. Он так давно смотрит за БЭК-кольцами, что они заменили ему детей.
– Разговоры насчет отключения Ока – полная чушь. – Даже самой Маргерит собственный тон показался не слишком убедительным. – Вы не слишком много рассказываете про свою работу.
Она уже успела выпить полстакана и чувствовала, как алкоголь стремительно распространяется по сосудам, принося сонливость, отключая контроль.
– А зачем рассказывать? – ответил Крис. – Я благодарен уже за то, что могу здесь жить. И не хочу загружать вас своими проблемами.
– Зря беспокоитесь. Мы знакомы сколько, больше месяца? Я более или менее уверена, что про вашу книгу отзываются несправедливо. Вы как-то не производите впечатления лживой и злобной личности.
– Лживая и злобная личность? Вот так прямо и го- ворят?
Маргерит бросило в краску. Однако на лице Криса сейчас была улыбка.
– Слышу не первый раз, Маргерит.
– Хотелось бы как-нибудь почитать вашу книгу.
– С тех пор как начался карантин, ее нельзя загрузить. Хоть в этом повезло. – Теперь его улыбка выглядела не столь натурально. – Но вам я могу предложить бумажную версию.
– Буду признательна.
– Я тоже признателен за вашу поддержку. И… знаете, Маргерит?
– Что?
– Не могли бы вы дать мне интервью? Про Слепое Озеро, про осаду, про свое место во всем этом?
– Господи! – Совсем не то, что она ожидала услышать. – Уж точно не сегодня.
– Конечно, не сегодня.
– Последний раз я давала интервью школьной стенгазете. Про свой научный проект.
– И хороший был проект?
– Мне за него стипендию присудили. По митохондриальной ДНК – я тогда хотела стать генетиком. Для дочки священника это было очень круто. – Маргерит зевнула. – Мне определенно пора ложиться.
