- Глазастая моя совушка, разумная головушка, барыня лесная, помоги... Пусть боль его растает и забытой вскоре станет.
Ладонь на плече он чувствовал. А потом вдруг отчётливо ощутил невероятное: его щеки коснулось нечто пушистое. Оно мягко обвеяло кожу, а потом словно лёгкой прохладой опахнуло лоб... Замерев от странного впечатления, он почти увидел, как это пушистое нечто на мгновения будто прикрыло ему перьями глаза. А когда оно пропало, а в глазах прояснело, он вдруг сообразил, что голову больше не стискивает упругий обруч, из-за которого болит всё...
- Отпусти его, - сказала Ирина, глядя поверх его головы.
Захват ослабел, словно державший не сразу поверил ей. Девушка взяла покорного ей Женю за руку и повела к машине. Всего два шага, но они оказались важными, потому что с каждым шагом он чувствовал себя приходящим в себя.
Садясь на место, оглянулся на Григория. Тот больше ничего не сказал - кивнул только и сразу пошёл к машине Никиты.
Но немного подождать всё же пришлось, благо ни позади, ни впереди не оказалось машин, желающих проехать этот переулок. Выскочил из машины Ярослав.
- Я быстро! Только проверить!
И бросился к бейсболочнику. Его он с усилием подхватил под мышки, поднял и усадил в открытую кабину, прислонив к спинке сиденья. Пара пассов, которые нервно обрывались на полпути. А потом Змей победно кивнул и просто провёл ладонями по травмированным местам лица, словно пытаясь что-то стереть с него. Несколько секунд - и убрал ладони, вгляделся в пострадавшего, ухмыльнулся и побежал к своей машине. Остальные с любопытством пригляделись к водителю в бейсболке. Его опухшее лицо так и оставалось опухшим, но всё же в чём-то изменилось. Появилась какая-то мягкость всех черт. Словно боли неизвестный больше не чувствовал.
А потом они проехали трассу и снова юркнули в переулок. Женя следил за движением и думал о том, что эти волхвы, которые за его спиной, как-то... оживают, что ли? Кажется, Ирине многое дала тетрадь, если девушка уже пытается целенаправленно пользоваться какими-то колдовскими словами. Змей пока тетради не получил, поэтому он бредёт в потёмках, примериваясь к собственной силе и приёмам её использования.
На резкое движение позади он взглянул в зеркальце.
- Сворачивай налево, - сказал Красимир. - Проедем два дома - третий наш.
Женя мельком взглянул на часы - половина девятого. Выехали рано. Сколько займёт времени поиск второго хранителя и выведение его из состояния глухаря? Что-то не нравится, как пахнет тревогой в воздухе. Вроде и тихо пока, но то и дело где-то неподалёку взрываются сердитые голоса, слышные даже при работающем моторе. И раздражают эти взрывы словесных перепалок не меньше, чем довольно частый визг и взрёвывание резко тормозящих машин
Два дома остались позади. Торец третьего объехали и оставили машины чуть в стороне, где уже притулилась одна. Впереди пошли Ярослав и Красимир, за ними - остальные. Женя знал, что нужен третий от торца подъезд. Вот и Ярослав с Красимиром шагнули было на нужную приподъездную площадку... Женя поднял ладонь, на которую упали три скупые дождинки. Солнце сияет свысока и царственно, несмотря на то что постоянно скрывается в разрозненных клочковатых тучах. Дождя, наверное, по-настоящему не будет. Так, покрапает...
- Нет, - вдруг сказал Красимир. - Его нет дома.
Только что всколыхнувшиеся надежды, что второй хранитель оправился сам - и теперь с ним осталось лишь поговорить, чтобы он примкнул к их спасательной операции, угасли, когда Красимир, подёргивая высоко задранным подбородком и напряжённо раздутым носом, медленно огляделся и сощурил глаза.
- Вот он.
Как и напротив дома Ирины, здесь существовал небольшой пятачок зелени. Нет, это не сквер, просто пара деревьев, пара скамей и обветшалая песочница, в которой вряд ли ещё оставался песок. И чуть дальше, за деревьями, стояла инвалидная коляска, а рядом с нею, на дощатом ящике, сидел парнишка с мобильником или книгой в руках.
- Младший брат? - выдохнул Змей, с интересом приглядываясь к потенциальному волхву, то и дело ворошившему в раздумьях светлый короткий "ёжик" своих волос.
- Как действуем? - негромко спросил Женя. - Мне ведь рисовать... А как объяснить, почему вдруг решился нарисовать инвалида?
- Похитить - и всё, - буркнул Макс, с интересом следя за братьями.
- Обоих, что ли? Обалдел, что ли? - недовольно протянул Никита.
- Обоих всё равно придётся взять, - задумчиво сказал Красимир. - А вдруг младший пригодится? Ну? Придумали, с чего начнём?
- Мы с тобой пойдём, - предложила Ирина Жене. - Остальные нас подождут здесь, на скамье у подъезда. Просто будто гуляем. Я заговариваю мальчишке зубы. Ты достаёшь листы и, как будто от нечего делать, начинаешь рисовать. Как?
- Сойдёт, - сказал Женя и подёрнул на плече лямку холщовой сумки.
