Вскоре ребята перешли дорогу и вышли на маленькую тропинку, ведущую вглубь большого соснового леса, где их со всех сторон окружили приятный хвойный запах и мирное пение птиц. Олег то и дело оглядывался по сторонам, однако щёлкать клювом, когда ты везёшь неустойчивую тачку, доверху нагруженную дровами — пропащая затея. На первой же кочке он потерял управление, но Лёха, шедший неподалёку, вовремя подхватил жестяную тележку. Весь оставшийся путь Олег уже не терял бдительности и не спускал глаз с дороги, попутно прислушиваясь к веселому разговору пионерок.
— … может всё-таки стоило взять гитару? — с досадой спросила Катя.
— Да зачем? — ответила ей Лена, — мелким всё-равно на твою музыку — им бы лишь побеситься и побегать… Вот если бы мы пошли в поход одни…
— Одних нас никто и никогда не отпустит… — сказала Аля, — об этом можно даже не мечтать.
— Эх, ну почему смены всегда пролетают так быстро… — сокрушалась Даша, — казалось — только вчера приехали, а сегодня уже идём в прощальный поход. Девочки, давайте обменяемся адресами и хотя бы будем писать друг другу…
— Даш, возможно мой ответ покажется тебе немного грубоватым, — сказала Лена, глядя на неё с неприкрытой тяжестью во взгляде, — но ты ведь не первый раз в лагере. Скажи, ты до сих пор общаешься с теми девочками, с которыми подружилась в прошлом или позапрошлом году?
— Ну… — замялась она, — а к чему этот вопрос? Хочешь сказать, что через год мы все забудем друг друга?
— Думаю Лена права, — сказала Аля, — наша страна большая и мы приехали сюда из самых разных её уголков… Это единственное, за что я не люблю пионерлагеря — ты знакомишься и начинаешь дружить с хорошими людьми, а потом смена заканчивается и друг для друга вы снова становитесь чужими людьми.
— Ха, классический случай синдрома плацкарта! — сказала Катя, — Но ведь наша смена — особенная! Для каждого из нас это последняя поездка в лагерь. Тем более, через год мы все закончим школу и сможем поступить в один институт!
— Да, — подтвердила Даша, — Кэт права! Я ни за что не смогу забыть вас, и буду надеется на чудо, что однажды мы встретимся вновь…
— Даша, Даша… — Лена даже не старалась скрыть боль в своём голосе, — поверь мне… чудес не бывает…
От этой фразы Олегу стало не по себе, будто он услышал что-то, что не предназначалось для его ушей, но буквально через секунду Лена добавила, вновь став весёлой и жизнерадостной:
— Давайте не забивать голову всякой чепухой. Впереди ведь ещё два дня и две ночи в этом замечательном лагере, и нам надо отдохнуть за них на всю оставшуюся жизнь.
Олег мысленно согласился с ней. Впереди перед ним расстилалась бездонная пропасть, но до обрыва оставалось ещё два шага.
Через час они наконец-то прибыли на место: посреди залитой солнцем поляны почерневшими от копоти камнями было выложено кострище, а вокруг него были повалены сухие стволы деревьев, служившие своеобразными природными скамейками. Мальчики в изнеможении опрокинули тачки с дровами и сели отдыхать с тяжёлой одышкой.
— Так, — сказал Егор, осматривая округу, — у нас ещё много работы… Лёша и Толик — отдыхайте, вы только что тащили дрова. Аля, я знаю, у тебя есть разряд по спортивному ориентированию, поэтому, будь добра, сложи костёр. Газеты для растопки мы взяли, но вот сухих веток у нас нет. Олег и…
— Давайте я! — вызвалась Лена.
— Да, Олег с Леной походите по округе и наберите валежника. Ну а вы… — вожатый сделал паузу, глядя на Катю и Дашу, но похоже для них у него работы не осталось.
— Мы можем поискать ягод, — ответили они.
— Хм… здравая мысль… по пути я видел много кустов дикой земляники. Толик, оставайся здесь. Будешь нашим резервом, на случай если кому-то понадобится твоя помощь.
— Слушай, Лена, — сказал Олег, как только они отошли от остальных на безопасное расстояние, — думаю нам надо поговорить на счёт того, что творится между нами.
— А про что тут можно говорить? Всё как в книжках — мы влюбились друг в друга в самый неподходящий для этого момент.
— Что ты имеешь в виду? — он был в очередной раз обескуражен тем, как четко и коротко эта девушка сформулировала то, что крутилось у него на языке.
— Именно это и имею… Вчера, в библиотеке, после твоего… признания я не на шутку испугалась. Испугалась того, что поняла — я испытываю к тебе нечто большее, чем простую дружбу. Останься мы до конца смены друзьями, и всё было бы просто замечательно, но, увы, нам с тобой по семнадцать лет… Не влюбится в кого-то в этом возрасте не под силу даже мне…
— Почему даже тебе?
— Слушай… — охапка хвороста, которую несла пионерка вдруг свалилась на усыпанную сухими иголками землю. Освободив руки, она бросилась в объятья к Олегу и тихим шёпотом сказал ему на ушко, — коли уж мы с тобой решили играть в эту игру, то давай играть в неё до самого конца, а слёзы и горечь прощания оставим на последний день… Сначала я всеми силами пыталась прогнать от себя эту мысль, но теперь мне хочется насладится этим маленьким романом на всю оставшуюся жизнь. Не важно, что будет после окончания смены, сейчас я хочу лишь одного — чтобы ты был со мной до самого конца.
