К которым я сразу и приступил: снял кувшин с водой со столика и расставил бокалы, типа стаканов, бутылку вина в виде кувшина, глиняное блюдо с жареной курицей и тарелки с двух краев стола. Посмотрел критично и вытащил нож, надо же культурно птицу нарезать, протер его полотенцем и внимательно рассмотрел при свете свечи.
— Прошу, присаживайтесь, красивая девушка. Давай поговорим о жизни, искусстве и твоей красоте.
— Давай поговорим, — согласилась певица, подошла к столику и села на стул.
— Меня зовут Ольг, я еще вчера служил в Гильдии, получил быстрое продвижение по службе и совершил несколько героических деяний. Но вот сегодня вышел в отставку и — теперь свободная птица.
— Птица? — не поняла Грита.
А, местный язык таких оборотов речи еще не знает, нужно запомнить на будущее.
— Это значит, что я не работаю больше на Гильдию, но некоторые дела у меня там остались. Это хорошо, я ведь совсем не собираюсь провести всю жизнь в лесу. Говорю я с акцентом, ты права, но рассказать, где я жил раньше — не могу. Меня сильно ударили по голове, я пришел в себя на стоянке Охотников, где мне помогли.
Все, моя официальная легенда озвучена, больше мне рассказать нечего.
Я наполнил оба бокала и предложил тост:
— За твои прекрасные глаза, в которых можно утонуть!
Мы выпили, причем девушка едва пригубила свой бокал.
— Теперь я иду в Астор, собираюсь устроиться в городе. Ты расскажи о себе.
— Что рассказать? — спросила Грита.
— Просто о себе, где ты живешь? Кем работаешь, я уже понял. Почему такая красавица с потрясающим голосом поет в сельском трактире? Зачем ты попросила избить этого человека? — я замолчал и снова отпил из бокала.
Белое астрийское очень напоминает хороший рислинг, но градусов и сахара явно поменьше. Помолчал, давая собраться Грите с мыслями.
— Живу я в городе, родных у меня нет, все остались в Смертных горах, сама я спаслась чудом. Пою здесь, потому что платят хорошо и не дают приставать ко мне. Может я и правда слишком хороша для этого трактира, но мне тут нравится. В Асторе мне сложнее приходится, хотя я и там выступаю. Мужики бывают такие козлы, — девушка уже немного расслабилась и отпила хороший глоток.
И продолжила:
— Отличное вино, мое любимое, только очень дорогое. Ты щедрый, мне это нравится. А насчет Редкена, он особенный козел, сделал мне много очень плохого. Давно. Я встретила его в трактире, он узнал меня, но повел себя так же отвратительно, как и тогда… — тяжелые воспоминания отразились на ее симпатичном лице.
— Я не стала сдерживаться, остальное ты видел. Ты остался моей последней надеждой отомстить ему. К тебе я подошла в полном отчаянии и поэтому предложила себя, — девушка разволновалась и допила бокал.
Я тоже допил свой и снова наполнил оба бокала.
— В тебе чувствуется сила и характер, ты приглянулся мне, но я не ожидала, что ты так легко изобьешь этого подонка. Жаль, что не сделал его полным инвалидом, чтобы он гадил под себя. Теперь тебе тоже грозит опасность, как и мне. Он очень мстительная тварь и не забудет ничего.
— Спасибо, что предупредила, но я думаю так же.
Мы выпили еще. За окном шум начал утихать, народ расходится ночевать, кто-то прошел по лестнице в соседний номер, потом с песнями заняли номер с другой стороны.
Я переставил подсвечник на пол, около двери и подошел к девушке, сдерживаться уже больше я не могу. Нежно обнял за талию и привлек к себе, поглаживая по спине и бедрам, потом начал целовать сладкие губы. Холодок в поведении девушки прошел не сразу, но понемногу выпитое вино все же помогло расслабиться. Грита все активнее вжимается в меня, поцелуи становятся все чувственнее, я помог ей снять платье, разобравшись с хитрой системой крючков и пуговок. Оно упало на пол и девушка, оставшаяся в шелковистой нижней сорочке, потянула меня к кровати. Я скинул одежду и уже нагой прилег рядом с ней. Грита закрыла глаза и, казалось, готова к проникновению. Я не стал так торопиться, хорошо все же оказаться опытным в сексе современным мужчиной в эти совсем простые времена.
Сначала ласкал грудь через ткань сорочки, потом спустил лямку с плеча, обнажив грудь, довольно крупную, хотя в платье это совсем не видно. Гладил и целовал небольшие соски, потом приподнял подол и одновременно ласкал внизу живота. Грита задышала, раскинула колени в стороны и активно задвигалась, все сильнее насаживаясь на мои пальцы. Девушка готова, я уже давно толкаю ее в бедро своим надувшимся органом и теперь только боюсь сразу кончить, едва оказавшись в ней.
Когда я осторожно прилег на нее, Грита открыла глаза, видна в них настороженность, что девушка ждет боли и неприятного проникновения. Я это понял и успокоил ее, что войду в нее очень нежно и мягко. И понемногу готовлю ее к этому.
Скоро она перестала казаться напряженной, расслабилась и сама толкнула меня в себя. Боясь сразу кончить, я двигался очень медленно, но Грита все ускорялась. И вскоре выгнулась и задрожала, я тоже успел кончить, только залив спермой простыни.
