Меня почти на руках донесли до стола, соседний уже опустел. Понятно, что смотреть на наши довольные лица у охраны обоза желание пропало, поэтому они сразу ретировались.
Крос с Охотниками разбираются с Сохатым и считают деньги. Парни шумно празднуют историческую победу, пиво снова полилось рекой. Я поискал глазами певицу, но она пока стоит на крыльце и смотрит, как приводят в чувство Старшего, зовут его, оказывается, Редкен. Вскоре его унесли, точнее увели, придерживая за плечи. Первую помощь уже оказали, все лицо в крови, которая проступает через тряпицы.
Я любуюсь фигурой девушки, в свете факелов она опять кажется очень красивой и желанной. Я снова почувствовал, как тяжелеет в паху. И чтобы сразу не кончить, подошел к столу, за которым ведутся подсчеты, попробовал вникнуть в то, как тут на ставках считают выигрыш.
— О, Ольг, поможешь нам, денег много, что-то тупим, никак не сходится, — обрадовался Крос.
Один из Охотников подвинулся и с облегчением вернулся за стол, второй, Драгер, с интересом посмотрел на меня и тоже отодвинулся. Сохатый не возражает, мол, давай — попробуй посчитать.
— Смотри, ставки мы посчитали, на тебя поставили примерно десять данов, против — около шестидесяти, вот так и вышло — шесть к одному, потом я добавил еще тридцать данов за тебя, а Купцы ровно сотню, вон они в мешочке так и лежат.
— То есть сто шестьдесят против сорока — отличная получилась ставка, поздравляю хозяина трактира за такую хорошую игру, — посчитал я. — Известный всем крутой боец против темной лошадки. Так серьезные дела и делаются, — похвалил я организацию боев.
Сохатый довольно улыбнулся:
— Да, здорово получилось, теперь придется постоянно бои устраивать. Народ скоро помещаться не будет в трактире. Пора расширять зал, да и пиво завозить не успеваем, пора еще бочки в заказ ставить. Прислугу нанимать на выходные дни придется, девки мои сегодня едва справились, — похвастал удачным вечером он.
И мы вернулись к подсчетам. Крос дальше вводит меня в курс местных правил:
— Восьмая часть от суммы ставок — трактиру, восьмая часть — победителю, то есть тебе, и теперь нужно поделить остаток на вложенные даны победивших. Ты можешь? — спросил он меня.
— Попробую. Так, двадцать пять — трактиру, двадцать пять — мне. Остается сто пятьдесят данов и отнимаем сорок победивших, сто десять данов против сорока данов, поставленных на меня. Получается два с тремя четвертями на каждый поставленный.
— То есть примерно так, мне — двадцать пять как победителю, тридцать — поставленные, и восемьдесят два с половиной — выигранные, итого — сто тридцать семь с половиной данов. Трактиру — двадцать пять данов, тем, кто ставил на меня — их десять данов и премию — двадцать семь с половиной данов.
Да, неплохо я подзаработал, вовремя попался на глаза Редкену. И карму улучшил, и ночью любви пахнет. Назревавший вопрос с Купцами решил, ну или все усугубил — жизнь потом покажет.
Тут мне следующая мысль в голову пришла: я на стоянке и в караване заработал очень хорошо. Так ведь не все и получил пока, еще и в городе ожидается поступление. А вот у парней с денежкой не так блестяще, особенно у Носильщиков.
Хотя, чего это я?
Даже они получили по сорок данов каждый сверху за найденное золото. Сохатый пока занят проверкой моих подсчетов и не сразу отреагировал на вопрос:
— Уважаемый, сколько за наш стол причитается? За все?
Но вопрос не пропустил, быстро смотался к стойке и принес несколько кусков бересты с едва видимыми и только ему понятными записями. Уткнулся в них, поводил губами, подвел под каждый итог и выдал:
— Выпили и наели: за пиво — четыреста тридцать грольшей, за еду — шестьсот тридцать грольшей, итого — тысяча шестьдесят грольшей, то есть сто тридцать с небольшим данов. Как Гильдейским, скину пару десятков данов.
— Отлично, — поразился я несоответствию своего заработка за бой и тому, на сколько наели и напили девять здоровых мужиков за шесть часов.
Всего-то два золотых, даже меньше будет со скидкой. Правда, это две месячные платы простому рабочему здесь, так что не так уж и дешево. Но мясо здесь дорогое, одни корнеплоды были бы гораздо дешевле.
Повезло мне с Купцами, кучу денег поставили на своего проверенного бойца, почти полтора золотых тайлера. Как бы отнять не решили попозже, готовые к такому делу люди у них при себе имеются.
— Тогда поступим так: я сотню забираю, остальное идет за ужин и еще парням пива, — увидел я молящий взгляд Кроса. — Сколько выпьют! Да, уважаемый, если надо будет доплатить, то утром скажете. А, утром же еще и завтрак. Тогда все и посчитаете.
Я заметил, что певица встала из-за столика, взглянула в мою сторону достаточно красноречиво, потом отправилась к лестнице, слегка кланяясь благодарившим ее за выступление. Так она прошла мимо каждого стола, за ней музыкант несет в руке чехол от инструмента и народ накидывает от щедрот своих. Обойдя всех, девушка подошла к лестнице и стала медленно подниматься, подол узкого длинного платья пришлось поддернуть, чтобы подняться по высоким ступеням.
