Уже какое-то время его тело было слегка возбуждено, и его продолжали преследовать воспоминания о темных лиловых глазах и низком властном голосе. Теперь ему было легче чем когда-либо представить ситуацию, что Мо Жань мог бы обратить на него внимание. Он прижал ладонь к своей восстающей плоти, пытаясь хоть немного обуздать желание — но попытка ни к чему не привела.
Преследователь не беспокоил его на этих выходных, и Чу Ваньнин так и не получил разрядку. Он теперь мечтал об освобождении от необходимости решать, как это произойдет — но не просить же всерьез о таком? Даже если бы он мог каким-то образом связаться со своим сталкером, он бы все равно этого не сделал. Даже думать о том, чтобы признаваться постороннему человеку в том, чего он хотел, было слишком унизительно.
Однако он тут же подумал, что мог бы решить проблему самостоятельно: в конце концов, у него были повязка на глаза, нижнее белье, и даже игрушка. Подготовка потребовалась бы минимальная — тем более, он уже принял душ…
В темноте его взгляд остановился на прикроватной тумбочке. Он собирался оставить выключенным свет чтобы сталкер этого не увидел, разложить все необходимое — а затем завязать себе глаза. Его тут же охватила дрожь предвкушения, и пришлось снова напомнить себе, что сталкера сегодня ночью не будет в его спальне, так что успех миссии полностью зависел от него.
Чу Ваньнин достал все что нужно из ящика и разложил предметы на кровати. Игрушку отнес промыть в душ, а затем вернулся и повторно изучил имеющийся арсенал. Также понадобилось полотенце — положить его на кровати было неплохой мыслью в прошлый раз.
Он стянул с себя пижаму и отбросил в сторону. Сел на полотенце — полностью обнаженный — и понял, что, если сейчас закроет глаза повязкой, использовать лубрикант на игрушке не получится. Стоило ли ему надевать ради задуманного стринги?
После недолгих раздумий он составил в голове своеобразный план. Его возбуждение за время подготовки никуда не исчезло — а решительности только прибавилось.
Опустился коленями на полотенце, смазал игрушку и поднес к себе сзади. Хоть это и был всего лишь второй раз, когда он решился ею воспользоваться — он жаждал ощутить, как она растянет его. Поднес ее кончик ко входу и, подобрав правильный угол, вдавил внутрь одним плавным движением.
Низкий пронзительный стон сорвался с губ.
Игрушка была намного меньше чем достоинство его преследователя — а также гладкой, так что почти не вызывала трения. Но в своей широкой части она действительно растягивала его изнутри, и член Чу Ваньнина встал от неожиданного потока ощущений.
Ему потребовалось некоторое время чтобы сконцентрироваться на чувствах: он потянул за игрушку, а затем направил ее глубже, чтобы стимулировать чувствительную точку, и это движение вызвало по телу безудержную дрожь.
Однако он остановился прежде чем успел пересечь точку невозврата. Хотелось сделать все так, как это проделывал его сталкер — чтобы всласть пофантазировать о Мо Жане, нужно было надеть повязку.
Он тут же решил, что стринги вполне подождут до следующего раза — и обратился к повязке на глаза. Прежде он никогда ничего не завязывал на своем лице потому что в этом не было необходимости — поэтому узел в итоге вышел довольно неуклюжим. Его можно было легко ослабить, и в целом он был не таким надежным — но, поскольку Чу Ваньнину сегодня было некому в этом помочь, он решил что и этого будет достаточно.
Ничего не видя вокруг, с игрушкой глубоко внутри, Чу Ваньнин сделал глубокий вдох и попытался приспособиться. Голова уже кружилась от сбитого дыхания. Он потянулся, чтобы немного подвигать игрушкой, вспоминая всевозможные пошлости, которые преследователь так любил нашептывать ему.
— Ах… — вырвалось у него, когда один из толчков вышел особенно резким.
Этой стимуляции явно было недостаточно чтобы достичь точки кипения — но он знал, что, если он постарается, у него должно было все получиться. Опустив голову, он сконцентрировался на своих ощущениях.
Нет, все же этому было не сравниться с теми моментами, когда его сталкер брал его — и одна лишь эта мысль вызвала еще один жалобный стон.
Как же низко он пал…
Внезапно сильные руки обхватили его, ограничивая движения. К счастью, в удивленном вздохе Ваньнина не слышалось восторга по этому поводу — и на том спасибо. Мужчина в какую-то секунду оказался прижат к мускулистой груди.
— Ты начал без меня, — цокнул незнакомец в ухо Ваньнина, и в голосе его зазвучали опасные нотки, — Это хорошо, котик. Значит, я смогу обойтись без прелюдий, — тут же добавил он чуть мягче, когда Чу Ваньнин беспокойно дернулся.
Мужчина ждал, что грубые руки накроют его задницу, как это было в прошлые разы. Ждал, что его нагнут и начнут трахать. Он буквально дрожал от желания, чтобы это скорее произошло.
Но время шло, и ничего не происходило.
Вместо этого незнакомец отпустил его — а затем ладонями обхватил его лицо. Пальцы опустились под подбородок и за уши, крутя голову и так и эдак, как если бы сталкер его рассматривал.