– Нет, – хихикнула она, – даже те, что на втором этаже живут, поднимаются на лифте, а кто выше – и подавно. Там вечно темно, а по вечерам подростки обжимаются. Однажды лифт не работал, я пошла пешком, подсвечивая себе телефоном, и застала такую сцену…
– Но днём там обычно никого нет? – нетерпеливо перебила я.
– Кому ж там быть? Деточки в это время обычно ещё в школах или училищах. А остальные жильцы не рискнут. В нашем доме на лестничных пролётах окна не предусмотрены проектом, темень стоит такая, хоть глаз выколи. Спускаясь, можно и ногу подвернуть. Стоит лампочку вкрутить – подростки сразу разобьют или утащат.
– Темнота – друг молодёжи, значит, – задумчиво пробормотала я.
– Наверное.
– Ангелина, ну-ка подержи пакет, – я торопливо передала девушке покупки.
– Женя, что-то случилось? – тут же испугалась она.
– Ничего, всё в порядке, не переживай. Но кое-что нужно проверить. Этим и займусь сразу, как только провожу тебя в квартиру. Запомни, в лифт заходишь первая, после моей команды и, на всякий случай, держись за спиной.
– Ладно.
Пока ехал лифт, я продолжала думать. Человек долго стоял под дождём или преодолел приличный путь пешком, снова-таки под проливным дождём, или умудрился не заметить лужу. Потом он игнорирует лифт и проходит на лестницу. Зачем? Может, влюблённый подросток? Возможно, у него там встреча назначена?
А что? Сбежал, например, паренёк с последних уроков. И спрятался на лестнице в ожидании подружки. Ведь, судя по всему, цепочка грязных следов принадлежит одному человеку. А по длине шага видно, что он высокого роста, по размеру же стопы рискну предположить, что это был молодой мужчина или подросток в спортивной обуви.
Тем временем мы приехали на нужный этаж, двери лифта раскрылись. Я вышла на лестничную клетку и огляделась. Нет никого и пол сухой и чистый. Значит, тот, кто зашёл на лестницу, квартирой Ангелины не интересовался. Наверное, паранойя начинается, мысленно хмыкнула я, делая шаг в сторону и пропуская подопечную к двери квартиры. Пока девушка, бросив пакеты прямо на пол, возилась с замками, я, стоя к ней спиной, продолжала настороженно всматриваться в дверь, ведущую на лестницу – она находилась тут же, справа от лифта и была чуточку приоткрыта, – а заодно поглядывать на двери соседских квартир.
– Признайся, – нервно хихикнула Ангелина, – ты меня нарочно пугаешь, потому что смертельно устала от беготни по магазинам и хочешь парочку дней дома посидеть.
– Ничуть не бывало. Просто перестраховываюсь, – спокойно возразила я, заметив, что руки девушки трясутся, как в нервном ознобе – и она едва справилась с первым замком и тщетно пытается вставить ключ во второй.
– Давай помогу, – обернулась я к ней.
– Спасибо. Что-то я разнервничалась, – Ангелина протянула мне ключи.
– Ничего, просто ты в себя ещё толком не пришла, и…
В это мгновение дверь чёрного хода резко отворилась, оттуда выскочил мужчина высокого роста. Он, размахивая огромным ножом, бросился в нашу сторону и в три прыжка оказался рядом.
– Ангелина, держись за спиной, – напомнила я и шагнула навстречу нападавшему.
Девушка лишь сдавленно взвизгнула в ответ.
– Сдохни, подлая сучка! – тем временем завопил мужик и попытался обойти меня и достать Ангелину лезвием ножа, размахивая им, как попало.
Я преградила преступнику путь. Вот, нутром же чувствовала неладное! Нужно было достать револьвер из кобуры ещё в лифте. Так Ангелину не хотелось пугать, нервировать зря. Толку теперь от пистолета нет, только время потеряю.
Однако нечего размышлять, в тесном пространстве лестничной клетки мужик легко дотянется до моей подопечной. Нужно быстро действовать! Я тыльной стороной ладони резко ударила нападавшего в лицо, другой рукой одновременно перехватывая его руку с ножом. Он слегка притормозил, отклоняясь от удара, но тут же получил сильный удар коленом в пах. Мужчина застонал, немного наклонил корпус вперёд, но кисть, державшую нож, не разжал, наоборот, кажется, удвоил усилия. Завязалась борьба. Я попыталась выкрутить руку с оружием и завести её мужчине за спину, одновременно уклоняясь от довольно длинного лезвия, которым он теперь пытался ударить меня. Левой рукой он схватил меня за горло и начал сжимать. Резким движением я сбросила его руку со своей шеи и удвоила усилия, ещё сильнее сжала и выкрутила захваченную кисть с ножом. Противник попытался увернуться, выкрутиться, изогнулся всем телом и напоролся на остриё собственного ножа. От резкой боли он дико взвыл. И ранение или, может быть, испуг невероятным образом прибавили ему сил и решимости. Но не для дальнейшей борьбы, а для побега. Противник, используя массу своего тела, резко рванул вперёд и крепко впечатал меня в стену, потом выбежал на пожарную лестницу, держась за окровавленный бок, оставляя меня, слегка оглушённую, с завоёванным трофеем в виде огромного ножа в руке.
Первым моим порывом было пуститься вдогонку. Но Ангелина, онемевшая от страха, вскочила с пола, где она сидела, сжавшись в комок и упираясь спиной в дверь своей квартиры, и вцепилась в мою руку мёртвой хваткой.
