– Хорошо. Хотите ещё чайку?
– Да, спасибо, – полковник протянул чашку. – Ангелина, скажите, а вы нападавшего хорошо рассмотрели, описать сможете?
– Он был высокий и широкий, исполинский, прямо, как гора, – ответила она, возвращая полковнику полную чашку, – размахивал огромным ножом! Я дико испугалась, уселась на пол, сжалась в комок и закрыла глаза. Открыла только после того, как всё кончилось. Так что вряд ли чем-то помогу.
– А знакомым он тебе случайно не показался? – влезла я.
– Н-е-т, – не очень уверенно протянула девушка, – ну, нет. Поблизости такие не проживают, если ты соседей имеешь в виду. А если нападавший из криминальных кругов, то статус любовницы главаря группировки вовсе не означает, что я каждого бандита должна в лицо знать.
– Конечно, не означает. Не обижайся. Я просто так спросила.
– Охотникова! – сощурив серые глаза, строго гаркнул Генка. – Хорошо знаю этот взгляд! И это загадочное выражение лица. Ну-ка, сейчас же признавайся, что у тебя на уме?!
– Ничего особенного, – рассмеялась я.
– Ага, – недоверчиво протянул приятель.
– Честное слово, ничего такого. Просто нападавший был полон личной ненависти. Вопил, оскорбления выкрикивал. Профессионалы так не поступают, – не продуктивно и время уходит. Атаковать нужно молча, тихо подкрадываясь. И, честно говоря, дядька староват для бандитского «бойца». В этом возрасте полагается дослужиться до более высокой должности, «обрасти» парочкой наколок. Или, как вариант, он должен был сидеть в тюрьме или в бою полечь.
– Может, он из «бригадиров», а сам отомстить решил, так как это поручить некому? Сюда же и ненависть вполне вписывается, – возразил полковник, – а мода на тату среди боссов организованной преступности уходит потихоньку. Это я тебе совершенно точно сказать могу. Сейчас они следят за внешностью, стараются быть более презентабельными.
– Да и ножом он махал не очень уверенно, – не успокаивалась я.
– Так, не ожидал сопротивления, видимо! Вот и растерялся!
– Ну, может, ты и прав. И если это попытка отомстить, то, вероятнее всего, акция единичная. И новых нападений нам ждать не стоит.
– Похоже, что так. Но, Женька, ты всё равно бдительности не теряй, мало ли что.
– Само собой, – улыбнулась я.
У полковника зазвонил сотовый. Мы с Ангелиной притихли, чтобы не мешать, и напряглись в ожидании новостей.
– Это кинолог с докладом. Говорит, что нападавший спустился по лестнице до первого этажа, но это и по следам крови видно. Пересёк двор, заскочил в подворотню на соседней улице, здесь, судя по всему, перевязал рану, прошёл вперёд ещё метров триста. Дошёл до остановки на Советской улице, здесь поймал такси или уехал на общественном транспорте. В общем, дальше след теряется.
Что ж, ничего другого я и не ожидала.
Ранним утром следующего дня позвонил Петров. Приятель сообщил, что хорошими новостями пока не может порадовать. Вчера в нашем районе патрульные задержали нескольких мужчин, вполне подходящих под описание преступника. Но после проверки всех отпустили, так как в результате осмотра выяснилось, что задержанные невредимы.
На ноже криминалисты обнаружили только один пригодный отпечаток большого пальца. Остальные сильно смазались, видимо, в результате борьбы. Поиск по полицейским базам ничего не дал. Или мужчину ранее не арестовывали, или одного отпечатка мало для чёткого совпадения. Проверка сводок из медицинских учреждений тоже ничего не дала. Нападавший за врачебной помощью не обращался.
Я посоветовала выделить парочку ребят и поручить им объехать все городские травмпункты, чтобы опросить сотрудников. Ведь, несмотря на обилие крови, как, кстати, всегда бывает при ранении брюшной полости, порез может оказаться пустяковым. Мне о его тяжести сложно судить, мужчина был в куртке. И он мог, сочинив правдоподобную историю, выдать ранение за бытовой несчастный случай. Тогда медики не вносят происшествие в ежедневную сводку для полиции. Зашили, перевязали и домой отпустили. Но паспортные данные и адрес проживания они обязательно записывают и назначают перевязки. Может, всё-таки, повезёт, и нам удастся выйти на нападавшего.
Приятель специально позвонил ранним утром, зная, что я в это время ещё на пробежке, чтобы наш разговор не слышала Ангелина. Не то чтобы я или он что-то скрывали от девушки. Просто, не сговариваясь, мы оба решили её немного поберечь, как можно меньше касаться неприятной темы, по крайней мере, пока нет конкретных результатов начавшегося расследования.
Я вышла из дома не только для занятий спортом. Хотелось немного осмотреться и тщательно проверить территорию. Полицейские, конечно, вчера всё осматривали, но они могли и пропустить нечто важное. Особых результатов мой осмотр, правда, не дал.
