Море переливалось и играло с глазом, меняя свой цвет от завораживающего голубого до темно-синего, местами даже зеленого тропического оттенка. Вера затаила дыхание, настолько море было необъятным, глаз не хватало, чтобы увидеть его целиком. Мысли растворились, слились с протяжными красивыми волнами. Как хорошо жить!
Последняя упоенная мысль больно порезала, Вера вспомнила об Арсении.
Как хорошо жить! И как страшно умирать!
По позвоночнику Веры змеей прополз холодок, хоть на улице и было словно в огне. Арсений утонул и больше не увидит этой красоты. А она сама, Вера? И она тоже умрет, и когда-нибудь ее глаза навеки сомкнутся.
Как бы Вера ни силилась отогнать страшные мысли, они упрямо лезли в подкорку, оставляя грязные тягучие следы. Она умрет. А почему бы Вере не умереть, раз даже Арсения не миновала эта участь? И есть ли на свете что-то чему не грозит смерть?
Верин мозг с ослиной упрямостью занимался своей неуместной мазней – рисовал жуткие неприглядные картины. Вера представила, что ее нет. Кто заплачет по ней? Не все ли равно? И тут она поняла, что нет, не все равно.
Ей сделалось поистине жутко, когда она поняла, что ее длинные тёмные волосы, ласковые глаза, тихий журчащий смех канут в небытие. Ее забудут, как забывается в мире все. И разве не поделом? Чем она заслужила остаться незабвенной? У Веры не было оснований считать себя в чем-либо исключительной. Зачем она проживает свою жизнь и собирается рожать? Чтобы ее ребёнок был обречён на подобную ненужность и бесславное падение в реку забвения?
Ей вспомнился последний разговор с Арсением,
– Красиво, правда, мой хороший? – Спросила она мальчика.
– Да, – ответил он. – Спасибо, что водишь меня смотреть на горы, ругаясь с мамой, папой бабушкой, которые тебе это запрещают. Ты настоящий друг! Вот бы побыть тут немножко подольше. Это море разливается здесь испокон веков. Сколько людей смотрело на него, нам никогда не сосчитать. И оно помнит каждого. И небо над нами тоже. И горы.
– Правда, мой дорогой, – соглашалась Вера.
– Теперь мы здесь вдвоём смотрим на волшебство. И это очень важно. Море, небо и горы тоже запомнят нас.
– Да, это очень важно, – как загипнотизированная повторяла за ним Вера.
– А важно это, знаешь, почему? Потому что мы запомним это на всю жизнь. Так же как то, как мы гуляли в горах, и я напугал тебя сказкой про русалку и ее проклятое кольцо. Ведь ты до ужаса испугалась, признавайся! Или, когда мы ели персики дома, когда начался их сезон. Меня не будет рядом, а ты будешь это помнить. Ведь будешь же? Ведь необязательно быть все время рядом, чтоб помнить друг друга? Память, она ведь в сердце, да?
Вера кивнула. Две слезы симметрично скатились с ее глаз. Отчего-то слова мальчика ее тронули.
– Вот это важно. Даже когда люди умирают, воспоминания живут дольше их.
Вера резко подняла голову и смахнула слезы с лица.
– Прекрати говорить такие мрачные вещи, – решительно сказала она.
– Я просто хочу, чтобы ты запомнила наш волшебный момент навсегда. Я-то точно запомню.
Арсений положил руку Вере на плечо твёрдо, но нежно, как женщина.
Зачем Арсений говорил тогда о смерти?
Вера посмотрела перед собой, море уже не казалось таким прекрасным, оно пугало теперь, пугало до дрожи в коленках. Она показалась себе настолько маленькой и ничтожной в сравнении с морем, что ей стало страшно. Морю ничего не стоит поглотить ее целиком.
Вера развернулась и пошла прочь. Она поняла всю тщетность хождения по берегу в попытках позвать Арсения.
Нужно завтра же с утра дойти до церкви, решила Вера. Церковь – единственное место, где Вера чувствовала себя в безопасности. Наверное, оттого, что там господствует вечная жизнь.
Сейчас необходимо пойти домой. Лучше уж в Сашином недружелюбном обществе, чем вот так одной наедине с морем.
Страхи отступали перед пустотой. Пустынная улица, пустынная голова, пустынное сердце. Ах, Арсений… Вера никогда не сможет поверить. Она многое знала о смерти, но в первый столкнулась с ней настолько близко.
– О тебе и о том волшебном моменте буду помнить не только я, мой хороший мудрый Арсений, – прошептала Вера, обернувшись к морю, где душа Арсения оставила тело. -Память о тебе переживет меня, она будет передаваться через поколения. Знаешь почему? Ты спас маленькую жизнь, которая вырастет и даст жизнь другим. Эта маленькая жизнь будет жить только благодаря тебе, потому что ты один открыл мне то, что, действительно, важно.
Она приложила руку к своему животу, и ей почему-то показалось, что дитя взыграло в ней.
Теперь Вера твёрдо знала, что сохранит своего ребёнка, сохранит себя и навсегда сохранит в своём сердце Арсения. У неё больше не было другого выбора, ибо ей сегодня был открыт главный секрет мира – она познала то, что сильнее смерти.
Тайны нарушают сон,
Вселяют страх и горечь.
Так не напрасно ль испокон
Укрывала ночь их?
Глава 15
