- Из всего сказанного меня удивило лишь одно, - с усмешкой в голосе поведал Мар. - Не двуличность нашей зеленоглазой королевы, нет, это для настоящего монарха в порядке вещей и является свойством естественным, как яд у гадюки… Удивило меня то, что наш друг ухитрился самостоятельно освободиться от чар любовного зелья. Повезло мужику! Оно, конечно, всякую разную дурман-траву курить вредно, врачи не советуют, но если от неё просветление в мозгах наблюдается, причём радикальное, то отчего ж и не покурить? Семён, ты название травки на всякий случай узнай: ежели и тебя любовная хандра ненароком скрутит, забьёшь косячок, пару раз полезного дымку глотнёшь и - порядок! Снова весёлый и холостой.
А ещё, Семён, спешу тебя обрадовать: судя по всему, плакал наш неограниченный кредит от Яны! И хрен с ним, выкрутимся, - с присущим ему оптимизмом пообещал медальон. - Для начала деньжата есть, у тебя и у Хайка, а там посмотрим… Может, ещё какую королеву подцепим и на кредит раскрутим! Долго ли, умеючи.
- Эт-точно, - согласился Семён и зевнул. Потом зевнул ещё раз.
- Хайк, - сонно произнёс Семён, - что-то я притомился, больно уж день суетной и длинный выдался! Отдохну чуток… Ты, когда Олия придёт, разбуди меня, ладно?
- Обязательно, - Хайк пододвинул к себе ополовиненную бутыль с крепкой брагой, налил стакан и в задумчивости уставился на озеро, думая о своём; рубиновое вечернее солнце опускалось за далёкий лес, уводя с собой такие же рубиновые ложные светила; было тихо-тихо, как в ночном музее.
Семён лёг на спину, сложил руки под головой и немедленно уснул - крепко, безмятежно… И спал долго, без сновидений.
Пока в озере не взорвалась Рыба-Зверь.
Семён проснулся от взрыва резко, сразу. Проснулся и сел.
Ночь наступила давно: всё небо было усыпано звёздным крошевом, плотно, как морской пляж галькой - маленькая луна с двумя её блеклыми спутницами-дублями терялась на фоне ярких звёзд; далёкий чёрный лес спал.
А на полпути к лесному берегу опадал водяной бугор: от бугра шли крупные волны, раскачивая и ломая отражённое небо; там и тут неспешно всплывали брюхом вверх оглушённые рыбы. Рыбин было много, и крупных, и мелких. Разных.
- Что случилось? - хриплым со сна голосом спросил Семён. - Где Олия? - Он огляделся: неподалёку сидел Хайк, взлохмаченный, явно спросонья, как и Семён.
- Не знаю, - так же хрипло ответил Хайк. - Извини, я тоже задремал, бражка меня усыпила. Ну-ка, - Хайк вскочил на ноги, подошёл к озеру; Семён откашлялся, встал и тоже побрёл к воде - очень пить хотелось. Пока Хайк внимательно рассматривал то место, где случился взрыв, Семён зашёл в воду, напился, черпая из озера сложенными ковшиком ладонями, умылся; выходя на берег, он наступил на что-то упругое, круглое: с испугу Семён шарахнулся было в сторону, но остановился и пригляделся. Это была скрюченная когтистая лапа Рыбы-Зверя, одна из многих - взрывом её закинуло аж на берег. Подобрав лапу, Семён направился к Хайку.
- Вот, - сказал Семён, кинув к ногам Хайка свою находку. - Остатки диверсанта-взрывника. Узнаёшь? - Хайк присел на корточки, потрогал пальцем один из длинных когтей, глянул на Семёна снизу вверх:
- Ну и что?
- Что, что… Рыба-Зверь взорвалась, вот что. Она же внутри огненная! Сдохнуть сдохла, а огонь, видать, не погас - вода в неё просочилась, вот Рыба-Зверь и рванула как перегретый паровой котёл, - Семён огляделся по сторонам: Олии нигде не было видно. Если б она спала где-нибудь неподалёку, то, услышав взрыв, обязательно проснулась бы и пришла! Значит, Олия не здесь, а скорее всего…
- Пошли, Хайк, в чёрный замок, Олия наверняка там! - Семён повернулся и ткнул рукой в сторону того замка, ткнул и застыл, не веря своим глазам: замок был вовсе не чёрный! Возможно, на него так подействовал звёздный свет, возможно, лунный, но так или иначе, а нынче мрачная постройка светилась насыщенным синим светом; по оплавленным стенам текли лёгкие голубоватые всполохи - напоминал сейчас замок некую высоковольтную установку в рабочем режиме. Генератор Ван-де-Граафа на двадцать мегавольт, например, полностью заряженный и готовый к употреблению.
- Была у нас экспедиция этнографическая, - упавшим голосом сказал Семён, - а станет натурально спасательная… Хайк, ты ничего странного с замком не замечаешь?
- Ничего, - с задержкой сообщил Хайк. - Я и сам замок-то еле-еле вижу, слишком он чёрный!
- Ага, - зябко передёрнул плечами Семён. - Понятно. Магия, значит… Сильная магия! Вот чёрт, - и торопливо зашагал к электрическому синему зданию. Хайк топал сзади, негромко звякая на каждом шагу золотом в сумке: в тишине металлическое бряцанье напоминало звон кандальных цепей и сильно раздражало Семёна - ему невольно представились сморщенные от старости призраки в не стиранных вонючих саванах и с обрывками ржавых цепей на костяных руках-ногах, призраки, обитающие в замке. Которые деловито расчленяли Олию на кусочки в то время, пока Семён беспечно дрых: Семён глухо застонал от отвращения к самому себе.
