Друг бросил на меня многозначительный взгляд. Я машинально накрыла рукой тряпичную сумку, лежащую на коленях: под грубой мешковатой тканью, мерно вздымались кошачьи бока. До сих пор тамиру не привлек ничьего внимания и мне хотелось, чтобы так оставалось и дальше.
— Мы не можем рассказать, — ответила Шеонна.
— Что ж, пытать вас не буду, — Ирья примирительно подняла руки, — хоть и сгораю от любопытства: мало кто из чужеземцев приходит на болота в поисках ведьм и уж тем более никто не приходит, чтобы их о чем-то просить. Это не безопасно, да и попросту — бесполезно. Ведьмы свято чтут свои законы, и один из них запрещает им вмешиваться в жизнь людей и помогать.
— Гедрик уже говорил нам это, — оборвал ее Шейн.
А сам Гедрик, скосив взгляд на Ирью, пожал плечами, будто, говоря: «Ну вот видишь».
— Но ведьмы не всегда соблюдают этот свой закон, — продолжал Шейн. Он показательно обвел помещение вилкой с наколотым на него кусочком баранины. — Они ведь оберегают вас, Ксаафанийцев, от болезней и болотных тварей, а значит вмешиваются в людскую жизнь.
— Ты не прав, парень!
Один из мужиков у барной стойки полуобернулся, при этом, едва не рухнув с внезапно покачнувшейся бочки, но удержался, ухватившись за столешницу, и как ни в чем не бывало пригладил черную всклоченную бороду.
— Ксаафания — родной дом ведьм и они берегут от напастей только её, а не нас, — назидательно произнес бородач. — А мы всего лишь блохи, которые нашли приют на тёплом и ухоженном брюхе волка. И покуда волк будет заботиться о чистоте своей шкуры, мы не будем знать бед.
— А иногда мы даже приносим пользу, — добавил его сосед.
— Помогаем размножаться, — пошутил широкоплечий мужчина с рассечённой розовым шрамом щекой.
Мужики одновременно разразились смехом, словно тяжелые молоты застучали по наковальням.
Гедрик сокрушенно покачал головой. От меня не укрылась мрачная тень, упавшая ему на лицо. Разбуженная шумом Асья, недоуменно огляделась и вновь уронила голову на неряшливо скомканный дорожный плащ, служивший подушкой.
— Вот видите, — кивнула Ирья в сторону мужчин. — Не знаю, какие сказки вам рассказывали матушки, но ведьмы вовсе не добрые волшебницы. Вам очень повезёт, если они вас просто прогонят и простят за вторжение на их земли. Многие из них озлобленные и мстительные… — женщина резко оборвала себя, явно выпалив с горяча больше, чем ей хотелось.
— Не очень-то вы их жалуете, учитывая, что одна из них ваша мать, — подметил Шейн и Ирья раздосадовано сжала губы.
— Одна из них всего лишь родила меня. Я даже не знаю кто именно.
Ирья перевела, наполнившийся тоской, взгляд на спящую Асью.
— Родиться дочерью ведьмы, лишенной Силы, это словно родиться проклятой. К таким как мы люди относятся со страхом. Они боятся с нами говорить, вдруг случайно оброненное, неверно подобранное слово, достигнет ведьмовских ушей, и матушка воспримет их за оскорбление своего ненужного чада. С нами боятся торговать, вдруг матушка решит, что цена была слишком высока и её слабую дочь обокрали. Нас боятся брать в жёны… Таким как мы нет места ни в одном из миров: ведьмы выкидывают нас, словно мусор, подбрасывают под двери наших отцов, но не позволяют вести спокойную жизнь наравне с обычными людьми — их всегда будет отпугивать ведьмовская тень, чернеющая за нашими спинами.
В зале воцарилась мертвенная тишина.
Женщина потупила взгляд, скрывая покрасневшие глаза. Гедрик сочувственно потянулся к её ладони, но быстро опомнился и одернул руку, спрятав сжатые кулаки под столом.
— Ирья, ну мы ведь всё еще здесь, — растерянно произнес мужчина со шрамом. Его друзья согласно загудели.
Ирья хмыкнула, спрятав обуревающую её горечь за кривой усмешкой.
— Вы всё ещё здесь, потому что у меня самый лучший хмель во всей Ксаафании. Напомнить вам, как в детстве вы разбегались от меня в стороны, когда я просилась с вами поиграть?
— Ну ты вспомнила, — обиженно буркнул бородач. — Мы же были малы и глупы.
— Ладно вам, — отмахнулась Ирья одновременно от мужиков и своей печали, в ее глазах вновь заплясали задорные искорки. — Я ведь шучу. И вообще… Эй, Эд! А ну наполни наши чаши, они уже давно опустели!
Женщина хлопнула ладонью по столу, и мужики поддержали ее, ритмично забарабанив кружками по стойке.
— Что ж, — Ирья деловито подперла голову рукой, — если вы не намерены отступать и так жаждите встречи с ведьмами, то никто не станет вас останавливать. Но будьте осторожны: Болота не жалуют чужаков. И еще, — она указала пальцем на моё запястье, — если вы так хотите поговорить с ведьмами, то тебе, девочка, лучше избавиться от этих камней. Ступать с ними на Ксаафанийскую землю не самое разумное решение.
Не задумываясь, я отрицательно покачала головой.
— Как знаешь. Но если передумаешь, скажи мне, у меня снимают комнаты парочка хороших столичных торговцев.
Ирья дружески похлопала меня по руке.
❊ ❊ ❊
