Он повернулся и улыбнулся мне, отчего я часто-часто заморгала, потому, как не видела улыбок уж очень давно. Иль совсем не видела…
Эльрика не было долго, всё это время я сидела, забившись в угол, думала, о том что больше не увижу этого удивительного мальчика. Таким необычным он мне показался.
Не надеясь уже ни на что, я уткнулась лицом в свои коленки, и заскулила.
И вдруг дверь скрипнула, я тут же подняла голову и увидела на пороге улыбающегося мальчика. Он держал в руках крынку, холстину, в которую было что-то завёрнуто. Быстрым шагом, он направился ко мне, я как завороженная смотрела на него.
Подойдя ко мне он поставил передо мной крынку на землю и присел рядом. Холстинку развернул на своих ногах, внутри была толстая лепёшка, два яйца и кусок варёного мяса.
— Ешь давай, чего смотришь на меня?
— А ты? — я безотрывно смотрела на него.
— Я сытый, это всё тебе, только много не ешь, занеможешь.
Онемев от увиденного и услышанного, я взялась за лепёшку и немного отщипнула, понесла в рот. Эльрик сидел и смотрел как ем, а я осмелилась съесть ещё яйцо.
— Пей, — он преподнёс мне крынку и стал поить со своих рук. Молоко, что было внутри, было вкусным, мне казалось, что я никогда такого не пила. Выпив немного, по подбородку потекла тоненькая молочная струйка.
— Потом ещё попьёшь, — он опустил крынку на землю и стал рукой вытирать молоко с моего подбородка.
Я замотала головой, соглашаясь.
— Яся, а сколько годов тебе? — он посмотрел на меня.
Повернув голову я тоже посмотрела на Эльрика, меня Ясей то и не называли, только Яськой. А лет я точно, сколько мне и не знала, помню только мать кричала на меня, пять годов, а ты всё каши немогёшь сварить. И потому я проговорила:
— Пять…
— Ох всё, ты нашлась, — произнёс обрадованно.
— Нашлась? — я не поняла.
— Я всегда хотел сестрицу младшую. Вот ты и нашлась.
— Я?
— Ну, да. Мне восемь недавно справили, тебе пять. Вот между другом моим Кнутом и его сестрицей Алвой, тоже три года, значит ты мне сестрица.
— Да, значит сестрица. Ой, как ладно всё это братец. Мне плохо без тебя было, ой как плохо. Я так рада, что я нашлась, — тараторила я обрадованно.
— И я рад.
Мы обнялись, а потом так и сидели какое-то время.
Согрелась, и меня стала клонить в сон. Зевнув, я попыталась устроиться поудобнее.
— Жаль отца нет, он бы разрешил тебя в дом забрать. А старая Дорте ни за что не позволит тебя в дом взять. Давай Яся отца подождем, и тогда я ему расскажу, что сестрицу нашёл?
— Давай, — я согласилась.
— Яся, я скоро вернусь, — он вновь подскочил и побежал к двери.
Он вернулся, когда мои глаза уже совсем слипались, притащил две большие звериные шкуры. Одну кинул на траву сухую, в которой мы сидели.
— Давай Яся, забирайся.
Я заползла на шкуру, Эльрик укрыл меня второй шкурой. Подоткнул шкуру так, что меня укрыла она полностью, с головой.
Впервые за последнее время, мне очень сладко спалось, снился сон. Во сне я стояла на берегу реки, и смотрела на противоположный берег. На том берегу был высокий светловолосый мужчина. Я смотрела на него, не отрываясь, завороженно смотрела. И вдруг мужчина закричал:
— Я люблю тебя!
Его голос эхом разносился над водами реки, повторяясь вновь и вновь…
Три месяца спустя, начало зимы, поселение.
Время потихоньку шагало дальше. Отец Эльрика не возвращался, где-то задерживаясь. Но меня это мало интересовало, пожалуй даже немного радовало. И всё потому, что я опасалась, что он может не позволить нам быть братом и сестрой.
Всё это время Эльрик заботился обо мне, приносил еду и даже одёжу. Он сводил меня к ручью, умыл мне руки и ноги, да лицо. Заставил переодеться в принесённую одежду. Теперь я ходила в штанах и рубахе, это была одёжа из которой он вырос, то есть она была с его плеча.
Сарай в котором я всё это время жила, был очень старый и в нём было много дыр, крыша была дырявой, и часто сильный дождик подмачивал мои шкуры. Эльрик принёс мне немного ещё сухой травы, но это почти не помогало.
Я подолгу сидела одна в сарае, опасаясь выходить без братца. Мне почему-то пришло в голову выкопать подкоп в соседний сарай. Он одной стенкой соприкасался с тем в котором я жила, копать далеко не надо, можно только глубиной взять. Я и копала, пока земля не промёрзла.
Оказавшись в соседнем сарае, я поняла, что он теплее и в нём было много сена. Соорудив в копне сена лаз, перетащила туда шкуры, принесённые из ветхого сарая и уснула в тепле. Пока безмятежно спала, пришёл Эльрик и потерял меня. Он очень сильно за меня испугался, обыскал весь сарай и наткнулся на лаз.
Я проснулась от запаха еды, это Эльрик принёс мне плошку каши на молоке, и она парила прямо перед моим носом.
— Проснулась? Какая ты Ясинка соня, — Эльрик улыбался и качал головой.
— Ага, — улыбнулась и потянулась.
— Ешь давай, пока горячая — он подвинул мне плошку с кашей.
Взявшись за плошку, ложкой зачерпнула кашу и подняла глаза на братца.
— Я до отвала наелся, — опередил он мой вопрос.
Счастливо улыбнувшись, я принялась за кашу. В этот момент наклонилась над плошкой, и с шеи свесилась цепочка с диском.
