– Почему ты не стонешь, Мэт? – спросил себя Семимес и напугался своей мысли. – Живая кровь должна стонать… Мэт! Мэт! Отзовись! Не бойся! Это я, твой проводник! Мэт! Мэт!
Наконец Семимес ступил на сплошную горизонтальную твердь. Это было дно расселины. Он сразу принялся искать Мэтью: руками, палкой, словами, носом и совсем немного глазами.
– Где же ты, Мэт? Кровь есть, а тебя нет… Стрела… ещё одна, сломана. С такой высоты упадёшь, не только стрелы, все кости переломаешь. Стрелы есть, а тебя нет. Хорошо это или плохо? В глубь расселины ты не пошёл… не пополз: крови дальше нет. Здесь маялся, на этом самом месте. Куда же ты подевался, Мэт-Жизнелюб?..
Промелькнувшая вдруг мысль будто исподтишка цапнула Семимеса:
– Волки! Пещерные волки. Они прибежали на запах крови. Где-то неподалёку их логово, – Семимес постучал по стенам палкой. – Не слышу. Затаились. Почуяли меня загодя и утащили Мэта. Где же тебя искать, дорогой Мэт? Куда же они тебя утащили? Где ход, через который они ушли с тобой?
Семимес услышал корявырей.
– Сюда! Сюда! Вот эта щель. Он упал в неё.
– Как быть, Дара?
– Лезьте вниз!
Семимес быстро удалился от края расселины. Проверяя на ходу дно и стены палкой, он нашёл какое-то углубление в самом низу стены по правую руку. Это была небольшая ниша. Он юркнул в неё и притих… Вскоре огонь факелов осветил расселину.
– Никого нет.
– А кровь? Здесь много крови. И следы.
– Его следы. Он пытался выжить. Но пещерные волки добили его и утянули в своё гнездо.
– Лёгкая добыча.
– И сладкая. Теперь они уже сожрали его. Полезем наверх!
– Подожди! Тут след. Проверим дальше. Смотри на низу!
Семимес прикрыл лицо накидкой и затаил дыхание. Рука его сжала палку… Корявыри один за другим прошли мимо. Через какое-то время – обратно.
– Не иначе как достался волкам.
– Лучше бы нам. Ладно, полезем наверх.
При свете факелов корявырей Семимес заметил, что в стене, у самого основания её, есть выемки, которые он ещё не проверил. «А если это проходы?» – подумал он и на всякий случай решил исследовать их. Некоторые из них были так узки, что не пропустили бы человека, разве что ребёнка. Те же, через которые Мэт смог бы уйти из расселины, не были испачканы кровью… Вдруг…
– Что это? Что это?.. Кость? – Семимес снял мешок, положил его возле хода и зажёг факел. – Кость. Её обглодали пещерные волки, но это случилось не нынче.
Держа перед собой факел, он пополз внутрь. Ход привёл его в небольшую пещеру. Он осмотрелся.
– Волчье логово. Как я и думал. И здесь кости. Не человечьи. Видать, молодняку барашка приволокли. Кости не свежие. И запах волка иссох. Поменяли логово, хитрецы.
Семимес вылез из пещеры и загасил факел. Проверяя палкой стены, вернулся к краю расселины.
– Ещё нора. Как я её пропустил? Та-ак. В эту не пролез бы… целиком не пролез бы. Крови-то сколько. Эх, Мэт-Мэт… Подвёл ты меня. Что я Дэну скажу? Ты-то, Жизнелюб, ничего мне не сказал. Что же я Дэну скажу?
Сделав ещё шаг, Семимес остановился. «Надо выбираться отсюда», – подумал он. Но вместо того чтобы карабкаться наверх, он медленно, напрягая всё тело, согнулся, будто упрямство, взявшее начало в Выпитом Озере, потянуло его книзу, на четвереньки, и зарычал, протяжно, жутко… и помчался в глубь расселины… упал, уткнулся лицом в холодный камень и лежал так, пока не отдал ему половину себя, ту, которая взяла начало в Выпитом Озере.
По стуку в дверь, скупому, деревянному, Трозузорт понял, что Сафа принесла тревожную весть.
– Войди, Сафа… С чем пришла?
Сафа потупила взор.
– Говори, не бойся.
– Повелитель, волос, что я дала отцу, откликнулся. Откусок сказал мне, что он в Баринтовом Ущелье. Он возвращается, – сказала Сафа и снова спрятала глаза.
– Вижу, ты сказала не всё.
– Не всё, Повелитель.
– Ну же!
– Мой волос, что у дорлифянина, не откликается.
– Как это, не откликается?! – возмутился Трозузорт. – Почему же?! Говори!
– Откусок перестал указывать на него. Видать, волос пропал… вместе с дорлифянином.
– Ты можешь сказать, где это случилось?
– Там, где Пропадающий Водопад. Дорлифянин был там: откусок указывал на него. Я долго смотрела. Вижу, откусок сник. Я снова долго смотрела на него и просила найти волос. Он молчал.
– Значит, Пропадающий Водопад?
– Да, Повелитель.
– Не тревожься, Сафа, отец ведь жив.
– Да, Повелитель.
– Ступай.
– Спасибо, Повелитель, – сказала Сафа и повернулась к двери.
– Постой.
Сафа глянула на него и, не дожидаясь слова хозяина, произнесла:
– Я покажу оба, Повелитель.
– Как ты догадалась?
Сафа пожала плечами.
– Ну. Сначала тот, что укажет на Дару.
Сафа вынула из кармана кофты тряпицу, развернула её, взяла двумя пальцами волос и подняла перед собой.
– Откусок, найди волос, что тебя потерял… Вот, Повелитель, – сразу указал.
– Вижу, Сафа. Теперь второй.
Сафа достала другую тряпицу, на этот раз из отворота рукава.
– Откусок, найди волос, что тебя потерял… Откусок, найди волос, что тебя потерял… Откусок…
– Довольно, Сафа! Сейчас приведи ко мне Круду. Мы с ним к Даре на Шуше полетим. Дай ему волос, а откусок от него себе оставь. Еду принесёшь, когда вернусь. Ступай.
Трозузорт остался в комнате один.
