Бросило в дрожь, в груди стало жарко и приятно. Диана сама слегка испугалась своей реакции — с темпераментом Эдуарда в сексе недостатка она не испытывала. Однако сейчас почувствовала себя так, будто давно не была с мужчиной.
Карелин между тем осмелел — накрыл ладонями её грудь, легко поглаживая поверх купальника, и Диана нервно огляделась.
— Да нет здесь никого, нет, — тихо засмеялся Макс, обводя большим пальцем её соски. — Все спят давно. Но вообще ты права, в гостиной как-то неудобно тебя растирать. Пойдём в твою комнату?
— Не надо, я сама, — вздохнула Диана, вставая. И попыталась отобрать у Карелина крем, но он не дал. Отодвинулся и со смешком сказал:
— Сама-а-а? Фиг тебе.
— Макс, ну отдай!
— А ты отними, — он поиграл бровями, развернулся и побежал прочь из гостиной — в холл, чтобы там, по-видимому, подняться уже на второй этаж. Диана фыркнула и помчалась за ним.
Ей было весело, и в крови словно продолжало бурлить шампанское, которого она за сегодня выпила, наверное, целую бутылку, но постепенно, в различных коктейлях. Хотя не все они были с шампанским, но Диана не вникала — просто следила за тем, чтобы не размякнуть и не уснуть. А в остальном себе не отказывала.
Макс поддавался — она это чувствовала. И тем не менее всё равно не сразу смогла его догнать. А когда догнала, слегка удивилась, обнаружив, что за пару минут они добежали до комнаты, куда Карелин накануне определил её и Эдуарда, дверь закрыта, а они с Максом стоят посреди помещения и держатся за флакон с кремом. Карелин — с одной стороны, Диана — с другой.
— Ишь ты, шустрая какая, — шутливо цокнул языком Макс. — Догнала, ещё отнять хочет. Мой крем, между прочим!
— Я его только ненадолго возьму попользоваться, — смеялась Диана, пытаясь перетянуть флакон на себя, но вдруг Карелин дёрнул рукой, в которой держал средство после загара, — и Диана по инерции полетела вперёд, к нему в объятия.
Жёсткие ладони сомкнулись на талии, губы прижались к губам. Сердце заколотилось, забилось в груди ошалевшей от неожиданного пленения птицей, и стало так тепло и приятно, что Диана непроизвольно закрыла глаза, отдаваясь этому поцелую.
Сладок запретный плод — так ведь говорят, кажется? Да, очень сладок. Диана поняла это на собственном опыте, когда через несколько мгновений Карелин повалил её на кровать — яркой вспышкой в мозгу возникло воспоминание о том, как ещё недавно она лежала здесь рядом с Эдуардом.
— Не надо, — шепнула Диана, отворачивая голову. Ей легко удалось это сделать — Карелин, несмотря на то, что лежал сверху, не держал её. — Я же… с Эдом…
— С кем, с кем? — усмехнулся Макс, так приятно скользя губами по её щеке, что Диана чувствовала себя кусочком тающей шоколадки. — И где же он? Может, мне в шкафу поискать? Или он в ванной прячется?
— Эд просто уехал, но по сути…
— По сути ему без разницы, где ты и с кем, Диана, — сказал Карелин неожиданно строгим голосом. — И если ты переживаешь, что он из-за твоей связи со мной даст тебе отставку, то зря. Ему всё равно.
— Ну не до такой же степени…
— До такой.
Диана прикусила губу, чтобы не сказать лишнего про свой договор, где чёрным по белому была прописана верность клиенту, но Макс сказал всё сам.
— Я знаю, о чём ты думаешь, — он хмыкнул, коснувшись языком мочки её уха. — О своих, если так можно выразиться, рабочих обязанностях. Есть такое слово «формальность», Ди. И этот договор — формальность.
— Значит, ты знаешь… — протянула Диана, невольно съёжившись. Может, Макс так относится к ней, потому что считает девушкой лёгкого поведения, точнее, проституткой? Но это ведь совсем не так.
— Знаю. И судя по твоей реакции, ты заразилась от Эдуарда.
— Чем? — не поняла Диана, и Карелин засмеялся.
— Да ты вся заледенела, будто я собираюсь обвинять тебя в совершении страшного преступления. Понимаешь, малышка, в отличие от Эдуарда для меня твоё прошлое — не проблема. Я не имею привычки оглядываться назад, я смотрю в будущее. Кроме того, уж будь уверена — девок у меня было больше, чем у тебя мужиков.
Карелин сказал это таким забавно-елейным голосом, что Диана затряслась от смеха.
— Так что тебе надо бы прекратить заморачиваться, — заключил Макс вновь серьёзно. — Причём всем сразу — и насчёт того, что было, не переживать, и на Эда забить. Ну ты же красивая, умная девушка, Ди! Неужели тебе нравится, что к тебе относятся хуже, чем к блохастой бродячей собаке?
— Не нравится, — вздохнула Диана. — Я просто люблю его.
— За что? — поинтересовался Карелин с искренним любопытством. — За пренебрежение, что ли? Может, ты мазохистка?
— Нет, не за это. Эд умный, решительный, талантливый. Тебе ли не знать, ты же с ним вместе работаешь!
— Работаю. Но, если бы он относился ко мне так же, как к тебе, я бы давно перестал с ним работать. И тебе советую перестать. А пока… — Карелин вновь начал склоняться к её губам. — Предлагаю немного расслабиться. Совсем немного… И не переживай, я Эду ничего не скажу…
Последняя фраза Макса, которую он прошептал перед тем, как вновь поцеловать Диану, сработала как переключатель и словно включила свет внутри её головы.
