— Хорошо. — Он садится в кресло возле двери, поступая мудро и давая мне некое пространство. — Я заказал еду китайской кухни. Ты не против?
— Конечно. Звучит хорошо. — Мой желудок урчит при упоминании еды, напоминая, что прошло несколько часов после завтрака.
Спустя несколько минут раздается стук в дверь. Доставили нашу еду. Благодарю Бога за отвлечение.
Кольт расставляет коробки с яичными рулетами, поджаренным рисом, курицей в кисло-сладком соусе, и лапшой чоу-мейн в центре стола. Он открывает банку кока-колы и двигает ее ко мне.
— Я знаю, что тебе нравится диетическая. Но эта с сахаром. Выпей. Она поможет тебе чувствовать себя лучше.
Он протягивает мне палочки для еды.
Я неумело вожусь с ними, глядя вниз.
— Ванная помогла? — спрашивает он, глядя на меня сквозь свои длинные ресницы.
Я киваю.
— Помогла. Спасибо тебе.
— В любое время. — Он улыбается.
Я с облегчением замечаю, что между нами все вернулось в нормальное русло, поцелуй уже забыт, что одновременно вызывает облегчение и, своего рода, обиду.
Он подвигает ко мне коробку с жареным рисом.
— Ешь. И перестань думать. Задания не всегда такие, как это. Знаю, сейчас это кажется безумным, но так будет не всегда.
Я киваю. Еда действительно хорошо пахнет. Я пытаюсь взять рис, мечтая о том, чтобы у меня была вилка. Мне удалось положить немного риса в рот, но большая его часть падает на стол передо мной.
Кольт следит за моими движениями, и после очередной неудачной попытки с палочками наклоняется ко мне и забирает их. Он захватывает ими рис и подносит к моему рту. Несколько секунд я колеблюсь, затем открываю рот и позволяю ему покормить себя.
— Хорошая девочка.
Я жую рис и заставляю себя проглотить. Он передает мне палочки, подвигая коробку с рисом ближе. Приятно знать, что он достаточно заботится, дабы удостовериться, что я хорошо питаюсь. Я не могу позволить себе принять его интерес за что-то другое. Я видела его список девушек. Я не планирую попасть в этот список.
— Ешь, Тэйлор, — говорит он, заметив, что я потерялась в своих собственных мыслях, и снова пододвигает коробку с курицей в кисло-сладком соусе ко мне. — Еще несколько кусочков.
Он берет палочки для еды, которые я рассеянно уронила, и вручает их мне снова.
Когда приходит время ложиться спать, не сказав ни слова, Кольт делает себе спальное место из одеял на полу. Это место точно не эталон чистоты, ковер выглядит грязным, но я держу рот на замке, я не собираюсь предлагать ему спать со мной на одной кровати. Я не настолько глупа.
Я ворочаюсь на жестком матрасе, не в состоянии уснуть. Смотрю на цифровые часы — час ночи.
Я слышу, как Кольт переворачивается на полу. Выглянув из кровати, я пытаюсь увидеть, проснулся ли Кольт. В лунном свете, льющемся через шторы, я вижу, что его глаза открыты.
— Привет. — Он смотрит на меня.
— Привет. — Я хихикаю, чувствуя, что меня поймали за подглядыванием. — Я не могу уснуть.
— Я тоже.
Я не говорю, что это потому, что я чертовски беспокоюсь о том поцелуе так же, как и по нашему испорченному заданию ранее сегодня.
Он садится и подтягивается. Я замечаю, что он сменил свою одежду на шорты и белую футболку.
— У нас еще осталась китайская еда?
Он смеется, качая головой. — Должен был остаться яичный рулет. — Он встает, включает лампу и роется в коробках, которые мы оставили на столе. — И ещё немного лапши.
Он приносит мне обе коробки, ставит их на кровать и протягивает мне палочки.
— Спасибо.
— Не возражаешь, если я включу телевизор?
— Нет, — говорю я с полным ртом лапши.
Он включает ТВ, в конце концов, встаёт с кровати и начинает листать каналы.
— Ты можешь сесть рядом со мной. — Я похлопываю по краю кровати.
— Спасибо. — Он садится до тех пор, пока его спина не прижимается к спинке кровати.
— Хочешь перекусить? — я предлагаю ему половину яичного рулета.
— Я в порядке, спасибо. — Он ухмыляется.
Мы смотрим бессмысленные ночные рекламные ролики, в то время как я доедаю остатки китайской еды.
Когда я возвращаюсь, почистив зубы, Кольт растянулся на кровати, чувствуя себя комфортно. Я промолчала и легла рядом.
Я думаю о том, как моя жизнь стала разнообразной за прошлые несколько месяцев. Я скучаю по своим родителям, скучаю по нашим блинам на завтрак субботним утром, и по работе бок о бок с папой в компьютере — это вещи, которые никогда бы не напали на тебя, как немецкий вор с драгоценностями. Я скучаю по ним больше, чем я предполагала.
— Кольт?
— Да?
— Ты скучаешь по своей семье, находясь вдали, в школе, я имею в виду?
Он спокоен, когда обдумывает вопрос.
— Больше по маме. По отцу не так уж сильно. — Он перекатывается на бок, лицом ко мне. — Ты скучаешь по дому?
Я киваю, встретившись с ним взгляд.
— Полагаю, да.
— У тебя есть парень дома?
— Нет. — В памяти всплывает Уэс, но я запихиваю его обратно.
— Так что насчет тебя? После вашего сердечного разрыва с Бри вчера … никаких подружек?
Он ухмыляется.
— Я знаю, что ты слышала обо мне, — говорит он спокойно. — Но не все они реальны, между прочим.
