Здесь, лёжа на полу квартиры Королёва, меня накрыло… Слезы градом хлынули из глаз, превращая лазерное безумие в замыленную пелену. Счастливый смех Мирона, вопли Мишки и визги Катерины, что отчаянно пыталась затащить меня за угол примыкающего коридора - все смешалось. Нужно было испугаться, наверное. Но мне хорошо стало. Голова закружилась, внутри запоздало заметались бабочки счастья. Хорошо… Боже! Как хорошо!
— Ляля, нас если не ослепят, то затопчут кони! Царёв! Не бегай, не мальчик ведь уже! — кричала она, отчаянно размахивая кулаком в воздухе.
— Вызывай скорую, Катерина! — Керезь нашел самое лучшее место для укрытия — за барной стойкой, ну и заодно откупорил бутылку шампанского. — Держите, девчата… Угощаю!
— Боже! Чего это к нам такого галантного дяденьку занесло! Ты из команды противника, между прочим, — Катерина выгнулась и подхватила бутылку, вскользь по каменному полу отправленную Герой в нашу сторону. — А бокалы?
— Из горла пей, пока не Царёва ещё. У тебя осталась пара дней на безумство, — заливался он смехом, катаясь по полу. — Видишь, у меня одна жизнь осталась? — Гера ткнул пальцем на защитный билет, на котором светилась единица, а под ней грустный смайлик. — Не буду рисковать ею ради твоих изысканных замашек.
— Хам!
— Ур-р-ра!!! — верещал Мишка, запрыгивая на плечи Мирону. — Лев убит!
— А Королевич нет! — внезапно Керезь выскочил из укрытия и, чуть замешкавшись, пульнул в грудь Королёва-старшего, за что и был убит младшеньким.
— Ловля на живца, — заржал Мирон и отбил пятюню Мишке. — Все! Враг повержен, женщины спасены, конец холодной войны.
— Эх… Срочно надо заделать парочку Керезей, чтобы взять реванш, — Гера вполне правдоподобно валялся на полу, изображая убитого.
— Не дождетесь! — Мирон врубил свет, и мы с Катькой охнули, осматривая поле битвы.
— Ма-а-м, мы все уберём, — Мишка начал поднимать подушки. — Не дуйся…
Не дуйся? Глупыш мой… Да я готова орать от счастья от одного лишь взгляда на взъерошенных пацанов, что, перешептываясь, старались привести гостиную в божеский вид.
— Тут бульдозер вызывать нужно, — вздохнула Катя. — Мороженое-то хоть есть?
— Точно! Давайте есть, — Керезь шмыгнул к холодильнику. — Пусто… А может, здесь?
И уже через мгновение на кухонном острове очутилась стопка коробок с пиццей.
Громче все визжал Мишка, он словно и не чувствовал неудобства от незнакомой компании, «тыкал» мужчинам, отбивал «пятюни» и ловко вскарабкивался на плечи, по очереди объезжая каждого. Страх, что сковывал моё сердце все это время, медленно начинал отпускать. Больше не вздрагивала от резких звуков или окриков в мою сторону. Привыкала к их шумной компании, чувствуя поддержку и силы выплывать снова.
Когда пицца была съедена, Лёва врубил «Гарри Поттера», велел готовить море попкорна, приглушил свет и соединил модули дивана в огромное лежбище, где все уютно разместились.
Мы с Катей молча пили чай, наблюдая за идиллией и внезапной тишиной, что заполнила квартиру. Даже Царёв отложил вечно звонящий телефон, покорно делая вид, что наслаждается фильмом.
— Спасибо… — произнесла одними губами, но Саша меня понял. Подмигнул и закрыл глаза, намереваясь вздремнуть, раз выпала такая удача.
— Это волшебство какое-то, — тихо посмеивалась Катя, уворачиваясь от то и дело пролетающего попкорна, которым в нас целился Доний. — Лежат, молчат, о делах не спорят и даже телефоны на беззвучный поставили.
— Они помогают привыкнуть Мишке, чтобы смягчить шок. Говорят, что первое впечатление самое сильное, так вот они для него устроили представление, чтобы эта квартира всегда ассоциировалась с весельем.
— Я тут ни при чем, — Катя повернулась, задрав ладони вверх, за что и поплатилась попкорном, прилипшим к волосам от меткого удара Геры. — Мирон всё сам, я только Сене помогла с мебелью.
— Так не бывает, Катя.
— Когда-нибудь ты мне всё расскажешь, и мы с тобой погорюем о прошлом, — подруга взяла мою руку, чмокнула в пальцы и прижала к своей щеке. — А сейчас давай насладимся тишиной, пока не позвонили с проблемами на каком-нибудь объекте. Уже часа три никто не жаловался на бетон, мутность стекла и ошибку в генплане.
— Давай…
Так мы и сидели в тишине. Хорошо было. Спокойно. А меня вдруг одолело любопытство, ведь я так и не рассмотрела квартиру, куда нас привез Мирон.
