— Решительная и непреклонная, как и Регина, — грустно улыбнулся он. — Прости, мне пора на занятия. Покажешь записку коменданту. Дальше он объяснит и поможет донести вещи. Как устроишься, найди меня в главном корпусе. Аудитория сорок три.
Виктор оставил чемоданчик на скамье в холле общежития и стремительно скрылся за дверью, продолжая оглядываться на девушку. Несколько минут Мариса осматривалась, вцепившись в небольшую расшитую сумку, перекинутую через плечо. Содержимое сумки и чемоданчика составляли всё её богатство, приобретённое благодаря магистру Дэю. Она чувствовала себя неуютно под высокими сводами старинного здания. От потёртых мраморных ступеней и колонн веяло неприветливым холодом. Сделалось одиноко и пусто.
Выдохнув, она постаралась запихнуть подальше чувства, делающие её слабой. Она помнила, что страшнее там, где есть люди, а не среди каменной тишины. Мариса не была уверена, продержится ли в Академии все шесть положенных для обучения лет, но собиралась взять от неожиданно полученной возможности всё, чтобы вернуть себе хотя бы часть нормальной жизни.
Спустя десять минут она уже шла по узкому коридору, следуя за комендантом. Он полностью закрыл ей обзор. Взгляд Марисы невольно упирался в сгорбленную широкую спину, обтянутую клетчатым жилетом. Мужчина недовольно сопел, цепляясь чемоданчиком за выступы и повороты.
— Тут комната, — он почти бросил вещи Марисы на пол у двери и отдал ей тяжёлый ключ. — Правила проживания с внутренней стороны входа. Уборка по понедельникам. И сами следите за порядком. Тут вам не дома с няньками-служанками. Чайная на первом этаже. Расписание занятий и информация для первокурсников у куратора, — мужчина монотонно повторял давно заученные фразы. — Второй ключ у соседки.
— Соседка? — она удивлённо переспросила, но комендант удалился, громко топая стоптанными сапожищами.
Конечно же, Мариса ничего не знала об особенностях уклада жизни в общежитии Академии. Она рассчитывала на крошечную комнатку, где могла бы уединиться и заняться практикой, когда достанет учебники, которые упоминал старый Крэнк. Близко знакомиться с другими студентами Мариса не собиралась. Но в результате получила комнату средних размеров на двоих. Здесь было всё необходимое для обычной жизни: узкие кровати, шкаф, полки под книги и безделушки, столики для работы с бумагами, одно кресло и несколько стульев. За неприметной дверью скрывалась ванная.
Обстановка показалась Марисе очень скромной, казённой, но она была рада и этому. Всё лучше, чем на драном матрасе в ночлежке. Смущало её только второе спальное место. Присев на одну из кроватей, она долго смотрела на аккуратно застеленное однотонное покрывало и вздрогнула, когда в замке лязгнуло сталью. Чужой девичий голос ойкнул, и дверь широко распахнулась.
— Не знала, что открыто, — громкий голос черноволосой и шустрой девушки мигом заполнил всё пространство комнаты.
Кинув большой мешок на свободную кровать, она протянула руку в сторону открытой двери. Мариса поджала ноги, когда порыв ветра пронёсся по полу. Чемодан соседки самостоятельно въехал в комнату, а дверь захлопнулась.
«Стихийница», — неприязненно подумала Мариса и невольно съёжилась.
Она ни с кем не собиралась общаться в Академии, особенно с сензитивами. Доверять импульсивным и неистовым магам стихий нельзя — это Мариса усвоила хорошо. А девчонка, глядя на молчаливую соседку, прищурила тёмно-синие глаза, театрально ткнула пальчиком и выпалила:
— Ты — эмпат! Или ментал? — она нахмурилась, соображая, потёрла лоб. — Наверное ментал!
— Эмпат-лекарь, — сдержано подсказала Мариса.
Расставаться с выстроенной невидимой стеной она не желала, разглядывая соседку с опаской и строгостью.
— Уф, хорошо, — стихийница заулыбалась. — Менталы такие скучные. У меня брат ментал. Знаю о чём говорю. Зануда ужасный, — девчонка будто и не замечала насторожённости Марисы.
У неё был забавный выговор — мягкие звуки она произносила твёрдо и резко. Подвижное симпатичное личико мгновенно отражало всю гамму чувств и эмоций, а белая фарфоровая кожа легко краснела.
— Келена Эббис, — она без спроса уселась рядом с Марисой, крутила головой, изучая новое жилище, за мгновенье подскочила и убежала в ванную.
Послышался грохот, потом потекла вода.
— Здорово! Водопровод! У нас дома всё ещё слуги носят вёдрами. Такая дыра. Невероятная скука, — стремительная Келена выглянула из ванной. — Так как, говоришь, тебя зовут?
— Мариса, — запнувшись она не сразу продолжила. — Мариса Дэй.
— А ты откуда, Мариса? Я сама с Севера, — теперь внимание Келены досталось шкафу, дверцы жалобно скрипнули, настолько резко их распахнули.
Слишком громкая, быстрая и горячая стихийница сунула нос во все уголки комнаты. Мариса знала, что после нескольких лет в Академии сензитивов обучали сдерживать порывы, а пока ей казалось, что перед глазами пляшет неприручённое пламя.
— Из Истеда, — неохотно ответила Мариса.
