— Да-а… насчет этого, — неловко протянул Уширомия, бегло глянув на девушку.
— Я была одной из тех, кто атаковал Тартар.
Кагами уже устала бояться, даже как-то привыкла к удивленным взглядам собеседников.
— Я получил сообщение от Кагами, но довольно поздно среагировал на него, — поспешил оправдаться Уширомия. — Это и стало причиной, по которой пришлось сворачивать миссию и вызволять ее.
— На Тартар напали трое: я, Шигараки и Кохэй Нобара, известный как Тень, и несколько ному. Благодаря причуде тьмы мы с Кохэем смогли незаметно проникнуть в тюрьму, — подняв руку, для наглядности девушка смахнула с кожи блеклые вихри тьмы. — Как только я получила сообщение от Уширомии, пыталась помочь охране вернуть преступников. Но в итоге пришлось бежать.
— И тебя не убили? — в недоумении уточнил Ястреб. — Охрана?
— Мы заранее предупредили охрану и руководство Тартара, чтобы они были готовы к нападению, но мы не знали, когда оно произойдет, — ответил Уширомия. — Я смог сообщить им, что ни при каких обстоятельствах им нельзя стрелять и причинять вред тому, кто назовет позывной.
— А как вы общались-то? — спросил Таками.
— Комментарии на сайте новостей, — переведя мрачный взгляд на коллегу, Кагами не удержалась и раздраженно прошептала: — кровать-раскладушка Чунга-Чанга, да?
Не без неловкости перехватив взгляд собеседницы, Уширомия предпочел не углубляться в тему.
— Значит, вы пытались задержать сбежавших преступников, — заключил Всемогущий, — простите за вопрос, но как вам удалось уйти от Шигараки и Все-за-Одного?
— Как мячику для пинг-понга от ракетки: больно и стремительно, — не удержалась от остроты Кагами, сложив руки на груди из-за неуютного чувства. — Могу сказать, что, вероятно, мне тоже придется постоянно перемещаться. Не хочу загадывать наверняка, но Кохэй возлагал на меня большие надежды, он ведь и передал мне эту причуду, полагая, что я стану его ученицей или последовательницей. Он мужик чувствительный, так что воспримет мое предательство как личное.
— Мы с Кагами последние два дня ездили по тюрьмам. Ситуация печальная. Если бы мы не передали через Кагами немного скорректированные и ложные схемы тюрем и Тартара, наверное, все было бы еще хуже.
— Передали?
— Мое нападение на штаб в октябре, — напомнила девушка, посмотрев на Ястреба. — Даби все не унимался и гадал, откуда я знала, какой именно жесткий диск нужно украсть. Теперь понимаешь, откуда.
— Всемогущий, я понимаю, что парень, которому вы передали силу, нуждается в защите. Однако, лучший вариант уберечь его от злодеев — постоянно менять его местоположение, — заключил Уширомия. — К тому же он довольно сильный, раз унаследовал вашу силу. Он может помочь нам отлавливать злодеев, поблизости всегда будут находиться Ястреб или еще кто-то из про-героев. А ночью его защитит Кагами. Ее причуда как нельзя лучше подходит для работы в ночное время суток.
— Я смогу почувствовать любого, кто захочет подкрасться ко мне в радиусе четырехсот метров. Плюс благодаря дымке я способна незаметно перемещаться.
— Я не очень понял. Что у вас за причуда? Вы ведь были крылатой героиней.
— Копирование причуд.
— Копирование, — задумчиво повторил Всемогущий, — прямо как у одного из студентов… вы также копируете причуду прикосновением?
— Лучше. Поглощаю биологическую жидкость и валяюсь три дня в коматозе.
Прозвучало даже угрожающе.
— Я… я не могу просто так доверить вам Мидорию, — сокрушенно покачал головой мужчина. — Я понимаю, что он не будет сидеть на месте и…
— Да, это сложно. Но сейчас такие времена. Нам придется бороться не только со злодеями, но и противостоять общественности, — мрачно заключил Уширомия. — От комитета сейчас вряд ли что осталось, но необходимо как минимум дать опровергающее заявление на речь Даби. Так что, как только Старатель придет в себя, Ястреб, Кагами, вам тоже придется.
— Уже предвкушаю эту феерию, — устало вздохнул Таками.
— Кагами, мы с тобой продумаем, как лучше…
— Нет.
— Что… нет?
Опустив голову и крепче прижав к себе сложенные на груди руки, девушка напряглась и всем своим видом показала, что даже слушать об этом не хотела. От одной мысли оказаться перед толпой людей, которая уже сложила свое весомое мнение о ее персоне, брала злость.
— Я не буду давать никакое интервью, Уширомия.
— Кагами…
— Какая разница, если они уже сложили свое мнение обо мне? — зарычала Кагами, бросив колючий взгляд в собеседника. — Если хочешь, можешь попробовать сам оправдать то, что вынудили меня пойти на такой шаг.
— Тебя никто не принуждал.
— Ой, да что ты? — шикнула девушка. — В этом есть моя вина, да, я это сделала той ночью, но я откупилась тем, что сыграла в русскую рулетку в Кюсю. До такого состояния меня довело нежелание председателя видеть во мне человека. Какой смысл мне оправдываться, а?
— Потому что это тебя погубит. И, позволь заметить, ты сама выбрала такую жизнь, поэтому не стоит винить нас. Мы просто создали для тебя образ.
