— Нет, не могу, — просто ответил Хейваджима, но всё же остановился. — Этим именем я называл твою сестру, в твою сторону это звучит теперь как-то противоестественно.
Никки нервно цокнула языком, и как только Шизуо сделал всего небольшое движение в её сторону, едва не шарахнулась как от огня. И Шизуо эта реакция даже позабавила.
— Если ты искала Мики…
— Я искала тебя.
Держаться уверенно и непринужденно становилось тяжелее с каждой минутой. Никки казалось, что Шизуо в любой момент может завестись от нечаянного брошенного слова и запустить её в небо.
— Не буду скрывать, что не особо ты мне нравишься, но кажется, Мики по уши в тебя втрескалась, — Никки обречённо развела руками, закатив глаза, — поэтому хочу я или нет, мне придётся с тобой примириться. — И сделав паузу добавила: — Насколько это возможно.
Шизуо как назло выдерживал паузу, и без того раскаляя напряжение.
— Вот оно как. Ясно. Знаешь, не буду скрывать, что я тебя тоже не особо-то жалую. Но за то, что ты сама пришла на это «примирение», даже зауважал тебя в какой-то степени. Смиришься ты с этим или нет, но Мики не вернётся к твоему производству Хром. Я не смею препятствовать вашему общению, даже наоборот, но не смей больше втягивать её в свои тёмные дела.
— Боюсь, что это не так легко.
— А?
— Хейваджима Шизуо, — необычно официально и серьёзно прошелестела осколками голоса Авакусу, в чьих глазах первый раз за всё время отразилась мольба. — Прошу тебя, сама я не могу показаться с этим лицом! Но ты! Спаси Мики из рук Небулы!
Одна из пешек, соперничающая за звание королевы, не подозревала о всё это время притаившихся фигурах, что безучастно следили за «Авакусу Никки», шпионкой Акатацу, знающей формулу соминс альконса. Поэтому, возвращаясь после засекреченного разговора, Мики не успела убежать, когда тонированный фургон перекрыл дорогу. Без возможности воспользоваться припрятанными в карманах галлюциногенами — незнакомые мужчины схватили её, усыпив хлороформом, и, в словно заранее отрепетированных действиях, закинули в фургон, что умчался по пустой улочке спального района, за пределы поля шахматной доски.
Мики чувствовала лишь пульсирующую боль в висках и неутолимую жажду, скребущую горло. Что произошло? Почему она потеряла сознание? И где она? Акатацу взяли её? Или же Авакусу докопались до правды?
В попытке пошевелить телом её пронзила тупая боль. Когда Авакусу открыла глаза, её ослепил яркий искусственный свет, заставивший зажмуриться.
Но внеземной необъяснимый источник света ушёл в сторону и на его место пришла алебастровая маска респиратора, грозно нависшая сверху.
— Итак, мне нужен срочный и точный ответ, ощущаешь ли ты острую боль в висках, плавно переходящую в лимбическую часть мозга?
При анализе полученной информации в сложившейся ситуации Авакусу пришла лишь к одному единственному логическому выводу: выхватить из-под себя подушку и запустить ею по инородному нависшему объекту.
— Меня что, продали Небуле на органы?
Кишитани Шинген, всё это время неустанно тыкающий в Мики ярким светом фонарика, потирал ушибленный нос маски. Наконец отбросив злополучный фонарь, мужчина упал на крутящееся кресло и, задумчиво приложив руку к респиратору, заумно проговорил:
— Твое заключение не несёт рациональных выводов. Куда правильнее было бы предположить — продали Небуле на опыты. Кстати, хочу заметить, что как воспитанной девушке, тебе следовало поблагодарить папаню номер два, вовремя спасшего тебя из лап фармацевтической компании Ягире.
Но вместо благодарности за помощь Шинген получил вторым снарядом подушки, точно попавшим в цель.
— За что?! — обиженно взмолил Кишитани.
— Мне не нравится, когда надо мной виснут подозрительные мужики! — гневно прокричала Авакусу, не разделяя беззаботного веселья Шингена, что театрально обиженно схватился за голову. — Какого хрена этой фармацевтической компании от меня понадобилось и где гарантии, что это не вы меня похитили?!
Мики попыталась приподняться, но пронзившая тупая боль заставила удариться затылком о металлическую поверхность койки.
Тяжело вздохнув и резко уняв пылкую энергию, Кишитани старший заговорил серьёзным тоном:
— Кстати говоря об опытах, Мики-чан, Адзума-кун ведь наверняка просветил тебя в формулу соминс альконса?
— Это вы сейчас к чему?
— Ну ты ведь теперь птица вольная, чего добру зря пропадать! — вновь заигривающе прошептал Шинген, приложив руку к респиратору так, словно слова предназначались не для посторонних ушей.
— Вы меня что, в Небулу зовёте работать? — с издёвкой цинично хохотнула Мики с перекошенной от боли улыбкой.
— Какая же ты догадливая! — безумный исследователь Небулы распростёр руки будто для объятий необъятного пространства.
— Категорически отказываюсь, — холодно отчеканила Мики.
