Мораль сей истории: читайте хорошие книги и не верьте каждому слуху. У вас должна быть своя голова на плечах. И нет, дракона в этой книге не будет. Даже не просите!
А тем временем история принимает неожиданный оборот. Теперь Никс не один, но его история ненадолго уйдет на второй план. Все дело в том, что есть еще один герой, играющий важную роль в становлении славного отряда наемников, чье название у всех на слуху (и которое я забыл).
Так вот, история начинается…
Пожар. Разрушения. Боль. Хоэнтвиль пылает в огне междоусобной войны. Ферксийцы с упоением убивают друг друга: брат идет на брата, сын на отца. Единство утеряно, восстание провалилось. Верные императору гвардейцы и жители сминают шаткие ряды защитников свободы, мирной жизни. Пути отхода перекрыты; тлеющий уголек надежды погас.
— Предатели! Убить их! — с покрасневшими от злобы и ненависти глазами вопит толпа. — Казнить! Император покарает вас!
— Слава Оттону! — кричат ликующие воины. — Пленных не брать!
Грязные, напуганные мальчишки продолжают сжимать башенные щиты со стертым гербом империи. Их глаза полны решимости; они готовы умереть за свои идеалы. Храбрые, стойкие, верящие в мир юнцы через страх, через боль, через слезы выставляют пики вперед.
— Мама, — шепчет один из них надломленным голосом. Едва ли он пережил двадцатую зиму. — Прости, — рука с оружием дрожит, — прости меня.
Звучит боевой горн. Под громоподобные звуки посреди несгибаемого воинства взмывает ввысь новый флаг — сияющее солнце с крыльями ангела. Недовольный гул кровожадной толпы усиливается; плевки летят в сторону мятежников; гвардейцы приготовились пойти в последнее наступление.
— Стоим до конца! — ревет в ответ командир восставших.
Маркус. Он стоит в первом ряду, по его бороде стекает кровь, лицо исполосовано мечами. Великий воин, славный предводитель и верный соратник, который решил погибнуть, отстаивая забытые империей принципы. — Кто мы?!
— Войны! — кричат в ответ мальчишки.
— Я не слышу! Кто мы, мать вашу?!
Страх сходит с лиц гордых ферксийцев. Все как один проревели:
— Войны!
— За что мы бьемся?
— За свободу!
Маркус опустил покореженное забрало.
— Мы не бежим от смерти! — Он стучит древком о камень. — Мы не дрогнем перед фанатиками! — Стук стал громче и яростнее. — И нас не страшит Создатель, — полушепотом добавил ферксиец, выставив копье.
Терпение преданных Оттону людей иссякло. Никто не вправе порочить имя великого императора! Разгоряченные гвардейцы вместе с озверевшими жителями бросились в самоубийственную атаку. Ни строя, ни плана, ни взаимопомощи. Необузданная сила многотысячной толпы неслась навстречу мятежникам.
— Смерть вшивым предателям! За императора!
— Покажите этим псам железную волю сынов Ферксии! Сомкнуть щиты!
Армии столкнулись.
****
— Господин? — Темный эльф коснулся плеча Посредника.
Ферксиец нехотя открыл глаза. Сон не принес покоя, лишь новые кошмары. Все еще уставший он встал с постели, умылся, поглядел в грязное зеркало. Вздулись мешки под глазами, но глаза стали злее, а щетина приобрела свинцовый блеск. С каждым днем он ощущал, что жизнь по крупицам уходит, оставляя пустую оболочку. От былого свирепого война не осталось и следа.
Посредник оперся руками о чан с водой, опустил голову и прислушался к стуку сердца. Тишина.
«Надо уже перестать надеяться».
— Что нового, Укаре? — Он развернулся к телохранителю, тряпкой стряхивая холодные капли с жилистой шеи и плеч. — Неужто кто-то жив остался?
Эльф покачал головой.
— От города камня на камне не осталось, — на ломаном ферксийском ответил он. — Если Поллукс или кто-то еще уцелели, то благодаря магам. Я принес дурные вести. — Эльф кинул на стол окровавленный медальон. — Рата мертв. Тело изрезано уже после смерти.
Посредник взял воинский знак и покрутил в руке. На нем красовалась руна «Кво» — око, укрытое ветвями, — принадлежность эльфа к школе Ищущих путь. Обычный смертный не смог бы разглядеть последователя Пути. Посредник нахмурился, сжал медальон в кулаке.
— Как изрезали тело?
— Разделенный на три части круг. — Укаре ткнул себя в грудь. — Прямо тут. Одна часть — капля, вторая — солнце, а третья… — Он задумался. — Не знаю, на что это похоже.
— Небо, — ответил Посредник. Сомнений нет — Конрад пришел по его душу. Ферксиец сурово посмотрел на телохранителя. — А Никс? Он жив?
Укаре кивнул.
— Даже больше. Он собрал небольшой отряд. Сейчас они на побережье, залечивают раны.
Посредник искренне удивился.
— Да? Вот уж не думал, что Никс сможет терпеть возле себя живых людей. А кто там, если не секрет? — Ферксиец налил в кружку воды.
— Дворф-пиротехник, женщина с татуировками на руках и мальчишка с повязкой на глазу. На вид иллариец.
Посредник поперхнулся.
— Кха-кха, мальчишка?! С птицей?
— Небольшой белый сокол…
