Она вспомнила, как ругалась со Шпатом, уже два года назад. Когда он был жив, когда Черные Железные Боги посулили ей свою силу. «Я не хочу, чтобы от меня все зависело, – заявила она ему, – я хочу уехать. В открытое море, в места, где меня никто не знает». Навсегда отделаться от своей фамилии – от всех богов, всех ужасов и обязательств, к ней прилагавшихся. А Шпат утверждал, что ей надо остаться.
«Кроме Гвердона есть еще столько всего! – втолковывала она. – Божья война грохочет далеко не везде».
Это больше не правда. Все меньше и меньше мест, куда пока не дотянулись сумасшедшие боги, все меньше нетронутых ими людей.
Надо было, Шпат, нам с тобой уехать, подумала она. Но тот спор он выиграл вчистую. Они забрали себе силу богов и с пользой применили ее, переделали город. А после он выиграл снова. Она осталась и опять была в ответе за все. Святая Карательница охраняла жителей Нового города – но ей это давалось легко. Ей ничего не могло навредить, и никакие обещания ее не связывали. Если что-то и задевало, проявление насилия или несправедливости – ну, или старые счеты, не сведенные в Мойке, – в ее власти было разить небесною карой. Она себя не щадила, надолго пропадала без сна, шла на страшный риск, кидалась в бой против всевозможной жути, однако была хозяйкой своим поступкам. И обладала силой, позволявшей все это вынести.
«Доберись до Кхебеша, – сказала она себе. – Найди способ помочь Шпату. Потом возвращайся. Выкинешь Гхирдану, теперь уже окончательно». На ум опять забрел прежний образ – Адро и Рен в своей скромной квартирке, только в этот раз Кари представила, что они живут в Новом городе, в сохранности и счастье. Ама, резвясь, бегает по улицам, лазит по башням, беспечно смеется. Все под присмотром Святой Нового города, не знают войны и горя.
Эту мысль надо отложить и запомнить. Шпату понравилась бы такая картина. Кари поделится ею с ним, когда доберется домой.
Корабль вновь заскрипел. На пороге каюты показался Двенадцать Кровавых Солнц:
– Возникла проблема.
Она вышла вслед за ползущим. Глядя на Ушкет в лучах рассвета, Кари могла рассмотреть весь протянувшийся перед ней несчастный город. Глыбу цитадели из белого камня, окрашенную зарей в нежно-розовый. Новую гавань, уродливую, как грубо зашитая рана. Все густо выпачкано илистой жижей. А слева – длинное побережье погибших кораблей.
Черный дым. Откуда-то возле «Розы». А может – может быть, от самой «Розы»?
Слишком далеко, точно не скажешь.
– Ох. – Теперь собственный голос показался Кари тонким и детским. «Роза» была ее домом. А она навлекла на корабль беду.
– Гримуар уничтожен? – учтивый голос Двенадцати Кровавых Солнц выражал сочувствие и искреннюю заботу, однако Кари была уверена – ползущий уже готов списать свои убытки. Без гримуара врата Кхебеша не отворятся, для ползущего не будет толка ни в ней, ни в ком другом на борту.
– Он цел. Капитан спрятал книгу! – Она вложила в ответ столько пыла, сколько удалось наскрести. – Но нам придется отойти назад.
Судно плавно развернулось, бесполезный руль шарахнул по корпусу, мачты вздрогнули, сотрясаясь от внезапной смены курса. Они не столько идут по морю, сколько их везут в деревянном ящике. Плавучем гробу.
Подбежал заметивший дым Адро:
– Там «Роза» горит?
– Не знаю. – Ильбарин снова разросся перед ними, будто Утес источал некое злокозненное тяготение и волок их обратно.
– Мы ненадолго, – упорно заявила Кари не только Адро с Двенадцатью Солнцами, но и себе. – Только захватим капитана и книгу – и сразу в путь. Прямо в Кхебеш.
Адро вытащил из кармана коробок, показывая Двенадцати Солнцам, что хранит его, несмотря ни на что.
– Мы высадим твоего ползуна, как только ты нас туда привезешь.
Двенадцать Кровавых Солнц не ответил. Ползущий затрясся, а с ним весь корабль. Вокруг поднялось многоголосое шипенье и шкворчанье, словно от куска сала на сковородке. Корабль замедлился, почти остановился. Неожиданно чары ползущего перестали толкать их вперед, отдавая на милость соленой зыби.
– Двенадцать Солнц?
Вода за бортом побелела от плоти червей. Корабль дал течь, черви повыпирали наружу изо всех щелей и досок, полились белесыми потоками. Она увидела, как клубки червей отделялись от корабля, свиваясь в новые формы, наподобие угрей или дельфинов.
– Что происходит? Я достану вам книгу, клянусь! Не…
– Тысяча извинений. – Человеческое подобие слетело с Двенадцати Солнц. Ползущий рухнул ничком, изблевывая себя через фальшборт в мутную воду.
– Кари, что он творит?
Кари попыталась удержать Двенадцать Кровавых Солнц, но черви проскальзывали между пальцев или лопались сгустками слизи. Не существовало способа помешать ползущему снова ее покинуть. Корабль проседал, скрипел – колдовство прекращало его поддерживать. Они оседали в воду, нижнюю палубу начало заливать.
